Евгений Черноиваненко - Логика человеческой жизни

Второй причиной этой критики стало рождение в начале XX века квантовой теории, ознаменовавшее открытие новой физики. Полвека попыток совместить её с традиционной физикой окажутся тщетными. Сам Альберт Эйнштейн скажет: «Никакое разумное определение реальности не должно допускать квантовую механику». Эту же мысль по-своему сформулирует великий датский физик Нильс Бор: «Всё, что мы называем реальностью, сделано из вещей, которые мы не можем назвать реальными». В 1966 году известный британско-швейцарский физик Джон Стюарт Белл докажет, что квантовая теория несовместима с картезианско-ньютоновской моделью реальности. (Номинированный на Нобелевскую премию по физике, Белл не успеет получить её ввиду внезапной смерти.)

Их несовместимость означала, что прежняя модель мироздания должна быть отвергнута. Сегодня это ясно уже очень многим. В документальном фильме Грэга Беккера и Гарри Мейсси «Живая матрица» (2009) об этом в своих интервью недвусмысленно говорят известные учёные. Питер Фрейзер, директор Шотландского исследовательского центра наук о здоровье (NES) отмечает: «Сейчас в физике происходит серьёзное интеллектуальное разделение, поскольку старая ньютоновская модель Вселенной как механизма крепко стояла на ногах, пока горстка безумцев в Германии, Дании и частично в Британии не открыла квантовую физику и сказала: смотрите, на самом деле всё не так, как вы говорили раньше, всё происходит несколько по другим принципам. И тогда были открыты громаднейшие аномалии в физике, объяснить которые по старым выкладкам было невозможно. Это привело к тому, что старую модель механической Вселенной, где все явления могут происходить по несвязанным между собой причинам и правилам, пришлось оставить».

Современная физика пришла к пониманию мироздания как единого энергоинформационного поля: всё, что существует в мироздании, находится в этом поле, является органичными составляющими этого поля, всё связано со всеми другими элементами мироздания. Новая научная парадигма решительно опровергает прежние представления о тотальной разобщённости. Это было совершенно ясно уже в начале 80-х годов ХХ века, когда Станислав Гроф писал уже упомянутую мной книгу «За пределами мозга», откуда я заимствую несколько фактов.

Важно понять, что связи в мироздании имеют вовсе не механический характер. Уже в 1951 году в книге «Квантовая теория» американо-английский физик Дэвид Бом, широко известный своими работами по квантовой физике, философии и нейропсихологии, начал отстаивать идею о том, что Вселенная напоминает живой организм, органы, ткани и клетки которого имеют смысл только в отношении к целому.

В начале 1980-х, когда выходили в свет последние книги Дэвида Бома, известный бельгийский физик и физикохимик, нобелевский лауреат Илья Пригожин, как и многие его единомышленники в разных странах, пришёл к выводу о том, что макрокосм (Вселенная) и микрокосм (человек) являются двумя аспектами единой жизни-эволюции. Жизнь – это не самостоятельное явление, развёртывающееся в безжизненной, неодушевлённой Вселенной, ибо Вселенная тоже жива.

О родственности всего сущего ещё в начале XX века говорил академик Владимир Бехтерев, изучавший деятельность мозга и предположивший, что мысль – одна из разновидностей единой мировой энергии. Уже тогда он убеждённо констатировал: «Необходимо признать, что все явления мира, включая и внутренние процессы живых существ или проявления духа, могут и должны быть рассматриваемы как производные одной – мировой – энергии». Эта идея заставляла вспомнить некоторые учения древности, как, например, даосизм, для которого всё в мире было производным от единой мировой энергии ци . Идеи даосизма учёные-физики будут вспоминать и позднее. В 1975 году американский физик Фритьоф Капра напишет книгу с характерным заглавием «Дао физики», в которой он покажет, что мировоззрение современной физики приближается к мировоззрению древних мистических учений. Конечно, сближение физики и мистицизма отнюдь не означает их тождественности или даже возможности будущего слияния, но факт сходства в понимании ими мира и жизни отрицать трудно.

Физика первой и наиболее решительно порвала со старой научной парадигмой. В других науках этот процесс начался позже и продолжается доныне. Так, в биологии, медицине, психологии, психиатрии он начался в 70-е годы XX века и сегодня ещё далёк от завершения. В 1981 году британский биолог и биохимик, профессор Кембриджского университета Руперт Шелдрейк в революционной книге «Новая наука жизни» решительно критикует старую парадигму. Это не был вызов, брошенный одиночкой. Уже в 1970–1980-е годы всё больше биологов, медиков, психологов в ходе экспериментальных исследований приходят к убеждению о невозможности понять и решить многие важные проблемы физиологии и психологии человека на основе устаревших представлений о его природе. Уже в 1986 году Станислав Гроф в своей книге «Путешествие в поисках себя» писал: «В наши дни существует обширная литература, предлагающая многие революционные пути в современной науке, вплоть до радикально новой картины мира. Хотя мы ещё далеки от всеобъемлющего синтеза, важные элементы возникающей парадигмы показывают знаменательное сближение с мировоззрением великих мистических традиций. Значение некоторых наблюдений выходит за пределы психологии и психиатрии и представляет собой серьёзный вызов общепринятой ньютоно-картезианской парадигме западной науки. Они могут решительно изменить наши представления о природе человека, о культуре и истории, о реальности в целом».

Было бы идеализацией представлять дело так, что сегодня уже вся медицина и биология исповедуют принципы нового научного мышления: научное мышление всегда весьма консервативно, потому процесс смены научных парадигм – дело медленное. Но всё большему числу учёных становится ясно, что новая парадигма открывает гораздо более широкие возможности постижения природы мира и человека, возможности разрешения проблем человека и общества, возможности лечения тела и души человека. В фильме «Живая матрица» профессор в области клеточной биологии Брюс Липтон говорит: «В научном мире у биохимиков и биологов принято основываться на ньютоновской модели материального мира. Вся история науки сосредоточена на механической реальности, поэтому в биологии концепция информационных полей как бы упускается. В этом суть ньютоновского взгляда на вещи: рассматривать материю, а на всё остальное не обращать внимания. Но мы упускаем из виду то, что разум – это поле, содержащее энергию и информацию, наши мысли в том числе. Все знают, что тот же электроэнцефалограф способен регистрировать это поле, а с недавнего времени есть ещё более интересный метод – магнито-энцефалограф, где никаких проводов даже не нужно, его датчики находятся на расстоянии от головы и считывают нейральное поле, даже не прикасаясь к телу. Одним словом, мозговая деятельность является источником энергоинформационного поля».