Евгений Черноиваненко - Логика человеческой жизни

Когда мы видим, что рядом кто-то умирает, мы думаем, что этого человека больше нет, что ещё один человек умер. Мы не осознаём, что этот человек просто испарился, что он вошёл в тонкое тело и отправился в новое путешествие, – что это капля, которая испарилась, только чтобы снова стать каплей. Как нам это увидеть? Всё, что мы чувствуем, – это что ещё одного человека не стало, ещё один человек мёртв. Таким образом кто-то умирает каждый день; каждый день уходит ещё одна капля. И постепенно в нас возникает уверенность, что и нам придётся умереть: „Я тоже умру”. Тогда нас охватывает страх: „Я умру”. Этот страх охватывает нас, потому что мы смотрим на других. Мы живём, наблюдая за другими, и в этом наша проблема».

Кто-то скажет мне: ну, это только фантазии философа-мистика. Но вот не философ-мистик, а врач-реаниматолог, ведущий мировой специалист по проблемам смерти, доктор Сэм Парниа пишет в своей книге «Стирая смерть» (2013): «Всякий личный опыт, включая и опыт умирания, может быть абсолютно реален для того, кто его испытал; но если другие этого никогда не испытывали, они не вправе решать, реально это или нет». Очень многое в нашем мире не поддаётся объяснению одним лишь здравым смыслом, причём даже то, что привычно и совсем не удивительно.

Например, рождение, в отличие от смерти, кажется нам делом самым обыкновенным. Но так ли это? Вдумаемся: всё начинается с одной-единственной яйцеклетки, а всего через 38 недель она превращается в организм, состоящий из триллионов клеток 200 разных видов. Каждая микроскопическая хромосома содержит в себе около 2 метров ДНК. На 22-й день одна клетка вдруг, сама по себе, начинает сокращаться, заставляя сокращаться клетки рядом с собой, – так начинает работать будущее сердце. Эмбрион, лишённый сознания, ведёт себя в полном соответствии с планом, данным ему в момент зачатия. Как только женщина беременеет, объём её крови увеличивается на 50 %, чтобы обеспечить плод кислородом. Сама женщина ничего для этого не делает, а чаще даже и не знает об этом, как и о том, например, что каждую минуту 9-месячного пребывания ребёнка в её утробе в ней вырабатывается 2,5 миллиона нейронов. При родах ребёнок выходит из водной среды и сразу начинает получать кислород из воздуха.

Если хоть немного задуматься, то каждый такой факт – чистая фантастика. Понимаем ли мы, как происходят все эти невероятные вещи? Нет, даже сегодня, когда техника позволяет проследить за всем, что происходит в утробе матери, в этих процессах для нас ещё очень много загадок, которые не поддаются объяснению никакой логикой. Однако это вовсе не основание для того, чтобы признать процесс рождения совершенно невозможным.

После рождения также происходит немало загадочного, чего мы уже касались: само бьётся наше сердце, сами дышат наши лёгкие, пищеварительная система сама осуществляет сложнейший процесс метаболизма и т. д. Напрашивается вопрос: если мироздание столь дружелюбно к нам, если оно совершило столько чудес для того, чтобы мы родились на свет, если оно десятилетиями заботилось о нас, обеспечивая удивительно слаженную работу всех органов нашего чрезвычайно сложного организма, то неужели всё это оно делало только для того, чтобы потом бессмысленно убить нас, превратив в ничто? Как-то не верится. Так и хочется вслед за Карелом Чапеком, автором пьесы о роботах, всегда с глубоким интересом следившим за достижениями современной науки, сказать: «Природа по-хозяйски обходится с каждым сухим листом, не может быть, чтобы человеческий дух, её величайшее открытие, значил для неё меньше». Как-то это уж слишком нелогично – уничтожать своё высшее творение, свой главный шедевр. Да и возможно ли это вообще?

Можно ли превратить нечто в ничто? Простой пример: какими способами мы только не тратим воду: пьём её, орошаем ею землю, осушаем большие территории – а её сегодня на Земле столько же, сколько было до появления человечества. Превращение в ничто противоречит логике устройства Мироздания. Как давно доказано наукой, здесь всегда и безоговорочно работает закон сохранения. Невозможно хоть что-нибудь уничтожить или выбросить из Мироздания. В рассуждении, вошедшем в книгу «Опасно – истина!», Ошо Раджниш говорил об этом: «Смерть – это также момент жизни. Это не окончание, а только момент трансформации, ибо ничто не умирает. Невозможно что-либо разрушить, можно лишь произвести изменение вида, формы. Сегодня наука способна уничтожить Xиросиму, Нагасаки, весь мир… Но это не совсем так. Она не может уничтожить даже кусочек камня; она не в силах полностью его уничтожить, истребить – он будет продолжать существовать. Ты можешь раскрошить его на кусочки, но эти кусочки никуда не исчезнут. Ты можешь спалить его, нагрев до такой степени, как если бы солнце опустилось прямо на него, – он расплавится, но всё равно будет существовать. Да, можно изменить форму, но нет способа вышвырнуть его из существования.

Ничто не рождается и ничто не умирает.

Рождение всего лишь означает, что форма, в которой ты существовал, не такая, как эта, и ты не можешь узнать её…Всё постоянно меняется.

Смерть – это великая трансформация». Итак, нет и не может быть превращения в ничто – есть переход во что-то иное, есть превращение, метаморфоза. Смерть – это момент перехода в иное качественное состояние.

Но и жизнь – это процесс перехода из одного качественного состояния в иное. Каждый из нас – тому пример. В этой земной жизни мы начинались с одной яйцеклетки, чтобы потом стать эмбрионом, а потом – зародышем человека, младенцем, ребёнком, подростком, молодым человеком, зрелым мужчиной, стариком. Этот старик с удивлением рассматривает свои давние фотографии: как мало эти люди похожи на него нынешнего, а уж с тем, что существовало в утробе матери, совсем ничего общего! Но ведь всё это он – в разных качественных состояниях.

Переход в иное состояние – это прекращение пребывания в предыдущем состоянии и начало пребывания в следующем состоянии. Когда мы родились на свет, каждый из нас перестал быть зародышем и начал быть ребёнком. Но «перестать быть» означает умереть, как и «начать быть» означает «родиться». Тогда станет ясно: мы умерли как яйцеклетка и родились как зародыш земноводного существа; потом умерли как зародыш земноводного существа и родились как человеческий зародыш; потом умерли как человеческий зародыш и родились как младенец и т. д. Как мы уже знаем, в каждом качественном состоянии мы сильно отличаемся от себя предыдущего и последующего, и это касается буквально всего, а не только человека. Узнаете ли вы в зерне будущее дерево, а в бабочке – бывшую гусеницу, в пустыне – бывшее море?

В книге «Столкновение человека со смертью» (1977) психологи Станислав Гроф и Джоан Хэлифакс отметили: «Антропологическая литература заполнена описаниями обрядов перехода, совершаемых в различных культурах во время столь важных событий, как рождение, совершеннолетие, свадьба, рождение ребёнка, перемена в жизни, смерть. В ходе сложных ритуалов, исполняемых по таким случаям, люди учатся испытывать переходы с одной стадии жизни на другую, умирать для одной роли и рождаться, входя в другую». Каждый момент такого перехода в иное состояние – есть смерть предыдущего состояния. Вот и выходит, что жизнь – это череда смертей. Но так же логично выходит, что смерть – это часть процесса жизни, потому что она непременно сопровождается последующим рождением. Вот почему рождение и смерть так часто сближают. «Смерть есть только один шаг в нашем непрерывном развитии. Таким же шагом было и наше рождение с той лишь разницей, что рождение есть смерть для одной формы бытия, а смерть есть рождение в другую форму бытия», – писал американский теолог Теодор Паркер. По мнению Мохандаса (Махатмы) Ганди, «рождение и смерть – не два различных состояния, а различные аспекты одного состояния». «Учителя мудрости учат, что рождение и смерть – это единая дверь, которая никогда не закрывается. Смерть, такая, как мы её понимаем, не существует», – пишет наш современник Далай-лама XIV.