Книга еретиков

Два христианских монаха, братья Петр из Кастельно и брат Ральф [554], горя усердием веры, были отправлены высочайшим понтификом в качестве легатов на борьбу против чумы безбожия. Отбросив медлительность и исполнившись великим усердием к исполнению возложенной на них миссии, они храбро выступили и напали на город Тулузу, который был первейшим источником гибельного яда, поражавшего людей и уводившего их от знания Христа, от Его истинного сияния, от Его Божественного великолепия [555]. «Корень горечи, внезапно возникнув» [556], столь глубоко проник в сердца людские, что мог быть извлечен оттуда лишь с большим трудом. Жители Тулузы многократно и горячо были побуждаемы отречься от ереси и изгнать еретиков. Побуждаемы они были апостольскими людьми [557], но не все оказались убеждены ими. Имелись те, кто с упорством отказывался от жизни, прильнув к смерти, ослабленные и отравленные стороной искусной, чувственной, земной, дьявольской, не имеющей удела своего в Мудрости, что свыше...

В конце концов, эти «две маслины», эти «два светильника», излучающие свет перед Господом [558], вселяли раболепствующий ужас в заблудших, угрожали им утерей их имущества, настойчиво уверяли их в гневе принцев и королей и таким образом склонили их к отречению от ереси и изгнанию еретиков. Они [еретики] перестали грешить, но не из-за любви к добродетели, но, скорее, как сказал поэт, из-за страха наказания. Они показали это совершенно ясно, ибо тотчас же нарушили клятву и допустили возвращение к своему несчастному положению, и спрятали еретиков, которые, под прикрытием темноты, проповедовали на своих собраниях. Увы, сколь сложно расстаться со старой привычкой!

Эта Тулуза, полностью погрузившись в обман, как говорят, с первых дней своего основания, редко была (или же вовсе никогда не была) свободна от отвратительного поветрия этой еретической развращенности. Яд суеверного безбожия передавался от отцов к сыновьям, из поколения в поколение. По этой причине и в наказание за подобное зло она, как справедливо говорят, испытала на себе много лет тому назад руку мщения и гибель населения до такой степени, что плуг бороздил открытые поля в самом центре города. Действительно, один из их наиболее прославленных королей, как я полагаю, именуемый Аларихом, который затем правил в городе, испытал страшный позор, будучи повешенным на виселице перед воротами [559].

Перепачканный остатками древней тины, этот выводок Тулузы, «порождение ехидны» [560], даже в наши дни не может быть оторван от корней своей порочности. Даже наоборот, при каждом случае он допускает возвращение еретической природы и природной своей ереси, выброшенных вилами [561]достославного мщения, и жаждет последовать по стопам своих отцов, и отвергает порывание с прошлым. Как гроздь винограда принимает болезненный цвет от облика своего соседа и на полях лишай или чесотка одной овцы заражает целое стадо [562], так испытывающие влияние Тулузы из-за ее близости соседние города и села, в которых ересиархи пустили свои корни, были заражены самым поразительным и горестным образом: болезнь эта распространялась подобно размножающимся отросткам. Нобили земли Прованса почти поголовно стали защитниками и укрывателями еретиков; они заботливо взращивали их и защищали против Бога и Церкви.

Мне представляется уместным описать ясно и кратко ереси и секты еретиков. В первую очередь следует узнать, что еретики утверждают наличие двух творцов, а именно: одного – невидимого мира, которого они называют благим Богом, и второго – творца видимого мира, или злого бога. Они приписывают Новый Завет благому Богу, Ветхий Завет – злому. Книги последнего они отвергают полностью, за исключением нескольких мест, которые обнаруживают нечто сходное с Новым Заветом и которые, исходя из такой оценки, заслуживают быть достойными внимания. Они объявляют, что автор Ветхого Завета был лжецом, когда говорил нашим прародителям: «ибо в тот день, в который вкусишь от него, должен умереть» [563]. Но они не умерли, отведав плода, как он сказал (хотя в действительности оказались во власти печальных границ смерти немедленно после поедания запрещенных плодов). Они также называют его убийцей, потому что он сжег жителей Содома и Гоморры и разрушил наш мир во время потопа и также потому, что погубил фараона и египтян в Чермном море. Они считают, что все патриархи Ветхого Завета были прокляты, и утверждают, что св. Иоанн Креститель был одним из величайших демонов.

Эти еретики даже утверждают во время своих секретных встреч, что Христос, который родился в земном и видимом Вифлееме и был распят в Иерусалиме, был злым (т. е. дьяволом), а Мария Магдалина была его наложницей и той самой женщиной, о связи с которой мы читаем в Евангелии [564]. Ибо благой Христос, говорят они, никогда ни ел, ни пил, ни испускал видимого света и не был ничем из этого мира, за исключением пребывания в теле Павла, [да и то] в духовном смысле. Вот почему мы сказали «рожденный в земном и видимом Вифлееме», поскольку еретики признаются, что верят в существование другого нового и невидимого мира, в котором, согласно некоторым из них, родился и был распят благой Христос. Эти еретики также учили, что добрый Бог имеет двух жен, Ооллу и Оолибу, от которых Он породил сыновей и дочерей. Были другие еретики, которые считали, что есть только один Творец, который имеет двух сыновей, Христа и дьявола. И эти также утверждали, что все созданные вещи были изначально благими, но из-за сосудов, о которых мы читаем в Апокалипсисе, все вещи были испорчены [565].

Все эти [еретики], отродья Антихриста, первого порождения Сатаны, «злое семя, развратные дети» [566], говорящие лице мерно ложь, обольщающие сердца невинных, развратили уже всю провинцию Нарбонну ядом своего вероломства. Они называют Римскую Церковь «вертепом разбойников» [567]и той блудницей, о которой мы читаем в Апокалипсисе [568]. Они держали за ничто таинства Церкви до такой степени, что публично проповедовали, будто вода святого крещения ничем не отличается от речной воды; что освященный хлеб наисвятейшего тела Христа ничем не отличается от обычного хлеба; исподволь нашептывали на ухо простому народу то богохульство, что тело Христа, даже если бы оно было столь же велико, сколь велики Альпы, давно бы уже было полностью поглощено причащающимися, которые отведали его; [утверждали], что конфирмация, последнее помазание и исповедь – это некудышные и глупые дела; и что святой брак – не что иное, как распутство, ибо никто, породивший сыновей или дочерей, не сможет обрести спасение. Они отрицали восстановление тел. Они измыслили некие неслыханные басни, утверждающие, что наши души являются душами ангельских духов, которые были изгнаны с небес из-за отступничества [по причине] гордыни и которые получили свои чистые [569]тела в эфире. Эти души, вслед за успешным пребыванием в любых семи земных телах, вернутся назад в те тела, которые они покинули, как будто они таким образом исполнили епитимью.