Авиация и космонавтика 1995 09

Территориальная близость к штабу генерала Куропаткина только мешала нормальной работе Эскадры присылками различных организаций и отдельных лиц для ознакомления с «Муромцами». Среди посетителей была даже Великая княгиня Мария Павловна в сопровождении двух врачей. Несмотря на запрещение, она добилась полета на «Муромце 9-м» со штабс-капитаном Нижевским.

Мария Павловна была несказанно рада участием в полете, но врачи были крайне недовольны этим обстоятельством.

Подобные экскурсии никак не гармонировали с необходимостью подготовки кораблей к боевой деятельности, и было признано необходимым перевести Эскадру поближе к фронту. Выбор пал на Винницу, откуда корабли могли перелететь на базы боевых отрядов, расположенных в пределах Юго-Западного и Румынского фронтов.

Железнодорожная станция г. Винницы находилась на ж/д линии Киев — Казатин — Винница и далее на Жмеринку. Город был расположен к северу от вокзала на расстоянии 2 км и сообщался с ним трамваем. К югу от станции находился большой завод очистки, сортировки и селекции семян сахарной свеклы. С начала войны завод не работал, оттуда вывезли все оставшиеся семена, и в 1916 г. все строения были переданы Эскадре. Со станцией завод сообщался ж/д линией и шоссейной дорогой, обсаженной тополями. К югу-востоку от шоссе находился ряд домиков, за которыми расстилалось обширное и ровное поле — почти готовый аэродром. По другую сторону дороги располагался завод. У шоссе в одну линию находились 3 больших и хорошо оборудованных каменных сарая, накрытых железной крышей. Внутри сараев был настлан плотный деревянный пол, а посреди оборудована вагонетка на рельсах, кроме того сделаны переборки и стеллажи с многочисленными полочками и шкафчиками. Сверху все это было накрыто потолком.

Первый сарай оборудовали под моторную мастерскую, склад новых моторов и моторный класс. Второй — под общую мастерскую и установили деревообделочные станки. Третий отвели под окрасочную. Около первого сарая установили станки испытательной станции. Ж/л ветка подходила к сараям, и можно было грузить с вагонетки прямо в вагон, или, разгружая вагон, передвигать грузы прямо в вагонетку и катить в отведенное место.

Несколько в стороне были 2 дома — первый в 2 этажа, другой в 3. В первом доме разместили главный склад Эскадры, где хранились запасные части к кораблям — винты, костыли, шасси и прочее. В одной комнате расположили оружейную мастерскую, склад оружия и расходную часть боеприпасов к пулеметам. В соседней комнате устроили хранилище аэронавигационного оборудования, счетчики, компасы, указатели скорости и т. п.

Во втором трехэтажном доме разместили строевую роту и аэродромную команду в нижнем этаже. На втором — мотористов и техническую — команду, а на третьем этаже — летный состав. Еще дальше в парке находился двухэтажный дом, в котором было устроено собрание и, на втором этаже, квартира начальника эскадры, Сикорского и адъютанта. Рядом был дом конторы, там поместили штаб Эскадры.

Вдоль шоссе, по краю аэродрома, установили палатки-ангары, между которыми поставили аэропланные ящики, в которых оборудовали корабельные мастерские, метеостанцию, караульное помещение и фотолабораторию. На противоположном краю аэродрома сделали подземное хранилище для горючего и несколько поодаль — склад боеприпасов. К этим хранилищам была проведена ветка от станции. Бомбы, патроны и взрывчатые вещества хранились в ящиках, в подземных хранилищах.

Помимо описанных строений было несколько одноэтажных домиков, в которых были размещены чины постоянного состава (помощник начальника, механики, инструкторы школы и др.).

Описанное расположение строений и размещение в них личного состава и служб способствовало продуктивной работе, и дело подготовки боевых кораблей шло быстро.

Наиболее ответственной работой являлась подготовка моторов для установки на корабли.

Моторы мы получали с завода или из ГВТУ в заводской упаковке. Вагон с ящиками подавался прямо к моторной мастерской. Там ящики сгружались на вагонетку и отвозились в отведенное помещение. При этом новые моторы устанавливались с одной стороны, а прошедшие ремонт или перечистку — с другой. Если нужно выдать мотор на какой-либо корабль — то ящик с мотором выкатывался в мастерскую и там сдавался механику корабля, при котором вскрывался ящик, вынимался радиатор, коробка с инструментом и запасными частями и составлялась опись. Мотор вынимался из ящика, тщательно проверялась регулировка и общее его состояние. При отсутствии замечаний мотор ставился на испытательный станок и проверялся в работе. После этого мотор считался сданным, ставился на подвозку и перевозился прямо к кораблю.

Однажды прибежал ко мне моторист и доложил, что вскрыли ящик с каким-то неизвестным мотором. Я тотчас пошел в мастерскую и увидел, что в ящике стоит новенький шестицилиндровый «Сенбим». Этот мотор значительно отличался от предыдущих количеством и расположением цилиндров. Тут было шесть, расположенных в рад. Блоки по два были снабжены общей рубашкой, покрытой эмалью. На каждом цилиндре стояло по две свечи, а сзади смонтированы два магнето, спереди был такой же редуктор, как на обычных «Сенбимах». Мотор упакован так же тщательно и аккуратно, как и все прочие. Отдельная сумка с инструментом, ящик с запасными частями и паспорт, в котором значилось, что мощность мотора при 1000 оборотах винта или 2000 оборотах на валу достигает 160 л. с., но при увеличении числа оборотов винта до 1200 — мощность мотора будет 170 л. с. Мотор поставили на станок и проверили в работе. После этого я подал рапорт о необходимости заказа таких моторов не менее сотни, с расчетом на 20 кораблей с запасом. (Только в 1917 году были доставлены в Эскадру 4 таких, но было уже поздно).

Представитель завода «Сенбим» мистер Гай очень хвалил эти моторы и говорил, что при их конструировании учтены все недостатки, указанные нами. Трудно сказать, насколько удачно завод ввел эти изменения, но внешний вид, тщательность выделки деталей моторов и хорошая работа его на станке давали надежду на хорошие его качества и более выгодную установку на кораблях.

В это время от командиров отрядов и кораблей стали поступать требования об увеличении скорости вновь строящихся кораблей.

Замена «Сенбим» на «Руссобалты» несколько увеличила скорость кораблей, но моторов не было, и их не скоро можно было ожидать. Тем временем немецкие истребители получили новейшие аппараты, скорость которых превосходила 200 км/ч (они почти вдвое были быстроходнее, чем наши корабли).

В результате необходимости увеличить скорость «Муромцев» завод выпустил два опытных корабля, на которых были поставлены два мотора «Рено-220» и два крайних — «Руссобалты», но за неимением таковых «Руссобалты» были поставлены только на одном корабле, а на другом поставили «Сенбимы-150». С этими моторами корабли показали несколько большую скорость — по 135 км/ч.