Роберт Фреза - Русский батальон

– Хорошо у вас получается, капитан. Что там?

– Чего бы поесть? Тут у нас инспекция.

– Делать им нечего. Вроде как мне не доверяют…

– К нам пожаловал полковник, и Варяг хочет привести его сюда.

– Ладно. У нас нет рыбы. Батальонный сержант Малинин говорит, что, мол, надо использовать местные продукты, потому что у нас нехватка запасов. В общем, на ужин сделаем биточки, на обед – блинчики. А завтра, может быть, шашлык, у нас много мяса.

– Превосходно! Значит, готова к проверке? Каша весело кивнула.

Санмартин вспомнил Ханну Брувер. То, что она гДе-то близко, волновало его.

– Отлично. С минуты на минуту должны появиться пять штабных офицеров и их помощники. Напои их чаем, чтобы они не шастали вокруг.

Выйдя из помещения, он наткнулся на своего ротного сержанта.

– Руди, – спросил он шепотом Шееля, – что значит какие-то «биточки», «блинчики»? Что за русская диковина, а?

– Такую диковину я с удовольствием бы съел, – ответил Шеель, глядя на толпящихся штабников. – Биточки – такие лепешечки из мяса, а блинчики – это когда жарят тесто на сковороде, и сверху кладут что-нибудь.

– Ну, полковник Линч тоже не знает подобных блюд. Заложите-ка это в компьютер, – распорядился Санмартин, поглядывая на прогуливающихся «золотых мальчиков» из штаба.

– Уже сделано. Варяг распорядился тут по случаю.

– А-а…

Поздно вечером в дверь комнаты Верещагина тихо постучали. Он открыл. На пороге стоял Матти Харьяло. Он разминал пальцы, сгибая кусок толстой проволоки.

– Привет, Антон. Я подумал, что лучше тренироваться вот так, чем выломать дверь.

Голос его звучал весело.

– Заходи. Ты один или тут целая орава? – поинтересовался Верещагин.

– Разве только Хярконнена можно было взять, да он спит без задних ног. И мы с батальонным сержантом разыграли, кому идти. С помощью вот этой штуки.

Харьяло вынул бутылку, сел, разлил по стаканам спирт, поднял свою порцию, но подождал, пока Верещагин запрет дверь.

Антон опустился на стул, похожий на пластмассового паука, и чокнулся с Харьяло.

– Будем здоровы.

– Будем, – ответил тот и опрокинул стакан. После этого вытащил из другого кармана небольшой сверток и потряс им.

– Курица, что ли?

Несчастный куренок – кожа да кости – был приготовлен на скорую руку со специями и овощами. Верещагин вытянул руку и отрицательно помахал ею, показывая, что не хочет есть. Его гость еле заметно пожал плечами и, достав нож, стал быстро разделывать курицу. Антон равнодушно наблюдал за действиями Харьяло. Солнце ашк-рофтской пустыни словно вытопило из курицы весь жир, оставив мышцы и резко выделяющиеся сухожилия.

– Этот чертов Иван вечно недокладывает соли, – отметил Харьяло.

– Слишком много и слишком мало соли – опасно для здоровья. То же самое можно сказать и о многих других вещах, – назидательно заметил Верещагин.

– Ну? – спросил Харьяло, откладывая нож.

– Поехали?

– Поехали.

Верещагин отпил из своего стакана и скривился.

– Я иногда думаю, что мы убиваем людей с таким же безразличием, какое испытывает лесоруб. Разве что иногда проснется запоздалая жалость…

– Я не стану с тобой спорить на лирические темы, позови лучше для этого Кольдеве, – с улыбкой произнес Харьяло. – А в чем дело, Антон? Какое-то неприятное предчувствие?

– Возможно. Сегодня с этим новобранцем Новело…

– Новело заслужил свою участь.

– Такого не заслуживает никто, Матти. Растишь, учишь человека, а потом ему пулю в сердце? Это противно моей натуре… Нельзя так разбрасываться…

– Разбрасываться? По-моему, жалко лишь потраченных пуль. Когда Рауль собирал команду для расстрела, у него были проблемы?

– Думаю, ему пришлось отбиваться от толпы желающих. Это четвертый, кого нам пришлось расстрелять, – за пять лет, кажется?

– За четыре года. Успокойся, расслабься, утро вечера мудренее, завтра все встанет на свои места. Да, я не сказал тебе, что этот кретин Донг связался с нами и от имени полковника Линча выразил возмущение нашим решением. Судя по всему, Новело уже имел назначение в бригаду.

– Я в курсе. Что ты ответил?

– Я сказал, что мы можем послать им Новело, только слегка поношенного, но мы его подправим, и будет как новенький. Пока Донг соображал, что к чему, я велел Тимо отключить связь.

Верещагин рассмеялся. Отодвинув в сторону стакан, он спросил:

– Я говорил тебе о Клоде?

– Докторе Девуку? Он твердит, что это место «невыразимо скучное»! Как Лабрадор, только без валенок.

Верещагин лениво достал трубку и постучал ею по колену.

– У Клода, каким бы он ни казался иногда, чувствительная натура. – Верещагин немного поразмышлял. – Значит, эта планета сильно беспокоит и его. Клод напомнил мне фразу, которую Жак Картье использовал в своей газете, описывая Ньюфаундленд.

– Ну?

– Это земля, определенная Богом Каину… Да, последняя стычка с ковбоями здорово осложнит наши отношения с ними.

Харьяло кивнул.

– Я никогда не говорил тебе, что хотел пойти на преподавательскую работу? – спросил Верещагин, откидываясь на спинку стула.

– Говорил, несколько раз.

– Я действительно хотел преподавать.

– Да, да, как же, упоминал.

– Мне не хочется посылать людей на тот свет, Матти. И то, что сейчас происходит, мне не нравится. Словно гусь ходит по моей могиле…

– Что за гусь такой? Никогда не слышал ничего подобного.

– Это английское суеверие. Как же мало меняется язык!

– Добавить? – спросил Харьяло, поболтав бутылкой.

– Английский, как латынь, язык бизнеса и солдат, принадлежавший каждому и никому… Нет, больше не хочу, спасибо.

– Как угодно. Да, а если ты считаешь, что английский не меняется, иди послушай ковбоев.

– У меня предчувствие, что ковбои Чокера ударят по Петру. Я потребовал поддержки из космоса, ведь подполковнику Кимуре она, судя по всему, не очень нужна. Адмирал согласился.

– Отлично. Еще что? – спросил Харьяло.

– Сегодня я видел Еву Мур.

– Как она?

– Мириам больше нет в живых.

– Ее подруги? Ужасно! Я ей сочувствую. И тебе.

– Она переборола горе. Только после этого стала думать о смерти. И еще попыталась выступить в роли свахи.

– Вот это да! А она, случайно, никаких гусей не видит? – спросил Харьяло, тупо уставившись перед собой.

– Она сказала, что скорее свиньи начнут вить гнезда на деревьях, чем мы уберемся отсюда.

– Господи! – Харьяло покачал головой. – Была бы тут нормальная планета, мы легко поладили бы с местными. Думаешь, это еще один Ашкрофт?

– Может, и похуже. Сначала надо покончить с ковбоями и их наемниками, адмирал Ли уже строит новые планы усмирения буров.

– Безумие какое-то.

– Возможно, это окажется необходимым, – возразил Верещагин. – Что ты знаешь об африканер-ском Бонде? О «братьях»?