Стивен Кинг - Томминокеры

Разорванные тела – это страшно. Растерзанные летучие мыши – целая пропасть летучих мышей – тоже малоприятное зрелище. Однако ничто не могло сравниться с рукой бедной Рут, не снимавшей кольцо покойного мужа со среднего пальца: ведь рука была настоящая .

При виде множества голов, ног и тел Бентон онемел от потрясения и в первую секунду подумал о школьной экскурсии, нагрянувшей в злополучную ратушу, хотя летние каникулы уже начались. Только потом его ослепленный ужасом разум сообразил: даже у детсадовцев не бывает настолько маленьких ручек и ножек, а тем более таких, чтобы их можно было отделить от туловища без кровотечения.

Обернувшись, Родес увидел напарника с маленькой дымящейся головой в одной руке и почти расплавившейся ножкой – в другой.

– Куклы, – произнес Джинглс. – Это куклы, чтоб их. Откуда они все взялись, Бент?

Тот собирался ответить: «Не знаю» (хотя уже тогда его осенила какая-то смутная догадка), но тут заметил, что посетители «Хейвен-ленч» продолжали есть. В магазине «У Кудера» по-прежнему торговали. Сердца коснулась ледяная рука ужаса. Многие из этих людей знали убитую всю свою жизнь, уважали, любили, – и вот теперь занимаются своими делами.

Как ни в чем не бывало.

В эту минуту Бент Родес впервые пожелал – причем от всего сердца – оказаться как можно дальше от Хейвена.

Сейчас, слушая бессмысленный треск рации, Бент наконец припомнил:

– Она собирала кукол. Миссис Маккосланд…

«Рут, – подумал он. – Жаль, мы не были знакомы настолько, чтобы я мог называть ее просто по имени, как Монстр, например. Ее все любят… любили, насколько я знаю. Разве не жутко, что горожане продолжили заниматься своими делами?..»

– Кажется, я тоже об этом слышал, – отозвался Джинглс. – Хобби такое, да? То ли в «Хейвен-ленч» рассказали, то ли «У Кудера», кто-то из старожилов, за выпивкой…

«Скорее второе, можно не сомневаться», – подумал Родес, но промолчал, только кивнул.

– Ну так вот. О куклах. Раз говорили мы с Монстром о миссис Маккосланд, ага, и…

– С Монстром? – перебил Джинглс. – Дуган знал миссис Маккосланд?

– Думаю, даже близко. Ведь они с ее покойным мужем были напарниками. В общем, он сказал, у нее было не то сто, не то двести кукол. Вроде хобби такое, их даже в Огасте однажды выставляли. По его рассказам, она этой выставкой гордилась больше, чем всем, что сделала для нашего города. А совершила она немало, надо заметить.

«Как бы я хотел называть ее Рут», – снова подумал Бент.

– А помимо кукол, ее жизнь заполняла одна лишь работа… – Подумав, Бент продолжал: – По тому, как Монстр отзывался о миссис Маккосланд, мне показалось, что он к ней… неровно дышит. – Он понимал, насколько по-старомодному прозвучали его слова, но только так он и мог описать отношение Дугана к миссис Маккосланд. – Скорее всего, тебе не придется сообщать ему эту новость, но если вдруг – прими дружеский совет: не остри.

– Хорошо, учту. Беседа с Монстром Дуганом – самое то, что мне нужно в конце рабочего дня.

Бент невесело ухмыльнулся.

– Надо же, собирала кукол… – Джинглс кивнул собственным мыслям. – Я-то понял, что это игрушки… – Поймав настороженный взгляд напарника, он криво улыбнулся. – Ну ладно, не сразу, сначала соображал секунду-другую… Но потом заметил, как они на солнце блестят и что крови нет, тогда и смекнул. Просто не знал, почему их так много.

– Ты и теперь не знаешь. Ни этого, ни многого другого. Почему они все были там? И чтоб мне провалиться, она -то там что забыла?

Джинглс выглядел несчастным.

– Думаешь, у кого-нибудь поднялась бы рука, Бент? Такая милая леди… Черт!

– А я уверен, что ее убили. – Голос Бента напоминал сейчас треск сухих веток. – По-твоему, это похоже на несчастный случай?

– Нет. Только не взрыв печи. Да еще этот дым, из-за которого мы не попали в подвал… Разве это был запах бензина?

Родес покачал головой. Странный запах был ему незнаком. По крайней мере, в одном гнида Беррингер оказался прав: дым действительно мог представлять опасность для жизни, и полицейским не следовало спускаться в подвал, пока эта дрянь не рассеется в воздухе. Впрочем, теперь Бент задумался: а не нарочно ли их туда не пустили? Может, наряд мог увидеть нечто такое… к примеру, совершенно неповрежденную печку?

– Когда отчитаемся обо всей этой жути, – проговорил Джинглс, – местным ищейкам придется много чего объяснить. Эллисону, Беррингеру и прочим. В том числе тому же Дугану.

Бент задумчиво кивнул.

– Вся эта хрень – сплошное безумие. Даже от места происшествия можно с ума сойти. Хочу сказать, у меня голова кругом пошла. А у тебя?

– Может, из-за дыма… – с сомнением начал Джинглс.

– Да при чем здесь дым? Меня на улице повело.

– Эти куклы, Бент. Что они там делали?

– Понятия не имею.

– Вот и я тоже. Но это ведь ни в какие ворота не лезет. Ну допустим, кто-то ненавидел ее так сильно, что решился убить. Да не одну, а вместе со всеми куклами… Что думаешь?

– Это было бы странно, – ответил Бентон.

– Но так могло быть, – не унимался Джинглс, как будто его слова что-то подтверждали.

До его собеседника начало доходить: напарник пытается отыскать логику в безумии. И он посоветовал Джинглсу еще раз попробовать включить рацию.

На этот раз связь оказалась немного лучше, но по-прежнему было ничего не разобрать. Бент не мог припомнить случая, чтобы помехи от микроволновой тарелки в Трое распространялись так далеко.

По рассказам очевидцев, взрыв произошел в три ноль пять пополудни, плюс-минус полминуты. Часы на ратуше пробили три, как обычно. А пять минут спустя: БА-БАХ! И вот теперь, затемно возвращаясь в Дерри, Бентон Родес не мог отделаться от настойчиво возникающей в голове картины, от которой мурашки бегали по всему телу. Стрелки часов на ратуше показывают четыре минуты четвертого. Знойный безветренный день в разгар июля. Горожане обедают в «Хейвен-ленче», толпятся «У Кудера», в «Джанкатории»; детишки катаются на качелях или вяло болтаются на турниках на спортплощадке у школы. Тучные дамы играют парами в теннис на корте; взгляд перебегает с одной стороны сетки на другую и обратно. Вот мячик медленно катится в дальний угол, а игроки ложатся на землю, прикрывая руками уши… и выжидают. Чего же? Взрыва.

Все в городе повалились наземь и ждут, когда БА-БАХ просверлит душный день подобно удару кувалды по наковальне…

Внезапно Бентона передернуло…

Молоденькие продавщицы «У Кудера». Покупатели между торговыми рядами. Посетители «Хейвен-ленча» – кто за столиком, кто у стойки. В три ноль четыре пополудни они легли на землю, вся их чертова шайка. А в три ноль шесть встали и преспокойно вернулись к своим делам. Все, кроме нескольких Специально Назначенных Зевак. И Эллисона с Беррингером, тут же принявшихся заливать о случайном взрыве печи, которого не было; или будто им неизвестно, кто жертва, хотя черт их дери, если это так.