Елена Мищенко - Пятый representative
- Название:Пятый representative
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент «Стрельбицький»f65c9039-6c80-11e2-b4f5-002590591dd6
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Елена Мищенко - Пятый representative краткое содержание
Эта серия книг посвящается архитекторам и художникам – шестидесятникам. Удивительные приключения главного героя, его путешествия, встречи с крупнейшими архитекторами Украины, России, Франции, Японии, США. Тяготы эмиграции и проблемы русской коммьюнити Филадельфии. Жизнь архитектурно-художественной общественности Украины 60-80х годов и Филадельфии 90-2000х годов. Личные проблемы и творческие порывы, зачастую веселые и смешные, а иногда грустные, как сама жизнь. Архитектурные конкурсы на Украине и в Америке. Книгу украшают многочисленные смешные рисунки и оптимизм авторов. Серия состоит из 15 книг, связанных общими героями и общим сюжетом. Иллюстрации Александра Штейнберга.
Пятый representative - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Когда я заехал за ним, он прихватил с собой небольшой, но довольно тяжелый картонный ящик.
– Напрасно ты старался, – сказал я ему, – у меня уже все приготовлено: и выпивка и закуски.
– Это не то, что ты думаешь, – ответил он.
К этому времени мы поменяли квартиру на более просторную, и я успел привести ее в порядок.
– Э, да у тебя, батенька, интерьер, – сказал он, входя в нашу гостиную, и поставил таинственный ящик на пол.
Вечер прощания и воспоминаний прошел довольно эмоционально, хотя и несколько грустно. Виктор опять был на подьеме, на сей раз от предвкушения своего будущего на Украине. Когда вечер и заготовленные бутылки и закуски подходили к концу, Виктор распаковал свой ящик и извлек из него солидную стопку томов.
– Это полное собрание сочинений Анатоля Франса. Он мой любимый писатель, и я решил захватить его в Америку в ущерб многим необходимым вещам. Пусть Анатоль Франс на меня не обижается, но тащить его назад я уже не в силах. Так что прими от меня на прощание этот подарок.
Я поблагодарил Виктора. Есть много писателей, которых читаешь и перечитываешь. Но особо любимых писателей, как правило, очень мало, и у каждого – они свои. Я, например, уезжая из Киева, прихватил с собой мои любимые «Посмертные записки Пиквикского клуба» Чарльза Диккенса. Эти два тома я, уже будучи в эмиграции, перечитывал много раз. Здесь все герои были мне близки и знакомы еще со школьных лет, когда мы с Графом и еще с двумя приятелями зачитывались этими книгами и сыпали наизусть цитатами из остроумнейших высказываний обоих мистеров Уэллеров.
Особенно меня тянуло к этим книгам перед Рождеством, когда уже чувствуется праздничная атмосфера, украшаются дома, на участках стоят светящиеся олени, карусели с игрушками, развешиваются гирлянды, хозяева надувают огромных Мики-Маусов и прочих зверюшек. Как раз в это время приятно перечитать строки, которые как нельзя больше подходят к этой ситуации и нашему сегодняшнему житью-бытью:
«Много есть сердец, которым Рождество приносит краткие часы счастья и веселья. Сколько семейств, члены которых рассеяны и разбросаны повсюду в неустанной борьбе за жизнь, снова встречаются и соединяются в счастливом содружестве и взаимном доброжелательстве, которые являются источником такого чистого и неомраченного наслаждения и столь несовместимы с мирскими заботами и скорбями, что религиозные верования самых цивилизованных народов и примитивные предания самых грубых дикарей равно относят их к первым радостям грядущего существования, уготованного для блаженных и счастливых. Сколько старых воспоминаний и сколько дремлющих чувств пробуждаются святками!
Мы пишем эти слова, находясь на расстоянии многих миль от того места, где год за годом встречались в этот день в счастливом и веселом кругу. Многие сердца, что трепетали тогда так радостно, перестали биться; многие взоры, что сверкали тогда так ярко, перестали сиять, – и все же старый дом, комната, веселые голоса и улыбающиеся лица, шутка, смех, самые привычные житейские мелочи, связанные с этими счастливыми встречами, теснятся в нашей памяти всякий раз, когда возвращается эта пора года, словно последнее собрание было не далее, чем вчера! Счастливые, счастливые святки, которые могут вернуть нам иллюзии наших детских дней, воскресить для старика утехи его юности и перенести путешественника, отдаленного многими тысячами миль, к его родному очагу и мирному дому!».
Удивительно точное попадание ощущений почти за двести лет до наших дней. Хотя воскресить утехи юности уже довольно трудно, но вернуть в памяти голоса и улыбки старых друзей можно. И это чудесно.
Итак, Виктор после не совсем удачной одисеи отбыл обратно в Киев, и мне было немного грустно. Я потерял приятеля и коллегу, а приобрести приятеля в эмиграции очень трудно. Осталась только пачка книг Анатоля Франса и масса сомнений в отношении применения в эмиграции нашей специальности. Архитектурой я занимался от раза до раза. Основное время шло на освоение рабочих профессий, приносящих материальную пользу, и на живопись для души.
В области архитектуры все было как-то яснее, чем в живописи. Архитектор выполнял как правило официальный заказ и видел результаты своей работы. В других же областях искусства все было сложнее: тут нужно было выполнять социальный заказ, и результаты его были не такими явными. Композитору нужно было, чтобы его музыка была услышана, а для этого требовалось, чтобы ее исполняли. Писателю нужно было, чтобы его книги читали, а для этого требовалось, чтобы их печатали. Художнику нужно было, чтобы его картины видели, а для этого требовалось, чтобы их выставляли. Я как раз не мог пожаловаться на то, что мои картины не выставлялись. У меня персональных выставок благодаря моему постоянному representative Леночке было намного больше, чем у большинства американских художников. На этих выставках было много посетителей, от которых я постоянно слышал beautiful, wonderful, magnificent и даже оut of world, но картины не продавались, и живопись не приносила дохода. Тем не менее хотелось применить свои знания в какой-нибудь интеллектуальной сфере деятельности таким образом, чтобы эта деятельность приносила хоть какие-нибудь доходы.
И вот мы с супругой начали печататься в русскоязычных газетах. Мы подружились с издателем Иосифом – профессиональным журналистом и очень порядочным человеком. Он издавал русскоязычную газету. Мы писали для этой газеты очерки о великих эмигрантах – деятелях искусства. Это было еще то счастливое время, когда газеты не скачивались поголовно с Интернета, и поэтому к авторам относились вполне прилично.
Мы любили приезжать к нему по вечерам. Иосиф садился после работы в гостиной, включал на приличную громкость телевизор, который не смотрел и не слушал, и вел беседы с посетителями и по телефону. Общение было его слабостью, и ему нравилось получать его в больших количествах. Он сообщал нам последние новости, перекрикивая телевизор и прерывая их периодически телефонными беседами. Звонки были весьма разнообразными. Часто его доставали конкуренты и недоброжелатели. Особенно этим отличался владелец русского радиоканала некий господин Гановер. Причем делал он это через подставных лиц. Во время одного из таких звонков Иосиф поприветствовал звонившего («Очень рад, очень рад!») и показал мне, чтобы я взял трубку параллельного телефона. Я услышал сладкий голос:
– «Я очень радый, что словил вас дома, а то я видел вас два часа тому ходить в магазин «Одесса» к Валере. Мне очень хотелось поговорить с вами чистосердечно. Мы же с вами земляки, вы же тоже приехал с Одессы.
– Нет, я приехал из Тель-Авива.
– Это неважно. Но в Тель-Авив вы же приехал с Одессы.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: