Галина Романова - Ангел мщения

— Но вы не поверили?

— Нет. Он что-то знает. Знает и не говорит.

— Но вы же понимаете, мальчишка не может быть заказчиком убийства женщины, чья семья причастна к гибели его брата. — Самоваров снова удивил Валеру своей осведомленностью.

— Мальчишка — нет. Отец — вполне. Если учесть, что он провел какое-то время до суда в следственном изоляторе. Не исключен контакт с нужными людьми. И если учесть, что…

— Что звонили Комаровой из колонии, то ваша версия, капитан, вполне пригодна к разработке, — закончил Самоваров и встал. — Коллеги, спасибо всем. Мы закончили на сегодня.

Валера слишком рано приехал в этот небольшой город. И слишком быстро нашел дом, в котором когда-то проживала Инна Комарова и где жестоко замучили ее мать, пытаясь выведать информацию о дочери. Он был уверен, что ее мать пытали только по этой причине. Что еще важного могла знать Комарова Нина Витальевна — рядовая сотрудница рядового рекламного агентства? Ничего, за что могла бы погибнуть.

Погибла она из-за дочери. Просто не выдала ее и умерла мученической смертью. Хотя она могла и не знать, где в тот самый момент находилась ее дочь.

Арский шевельнулся в водительском кресле. Поза «почти лежа», в которой он просидел уже больше часа, сводила все его тело судорогой. Хотелось выйти на улицу, размяться. Но это было невозможно. На улице полосовал такой дождь, что из-за воды, стекающей по ветровому стеклу, не было видно подъезда, в котором прежде жили Комаровы. Сам дом выглядел размытым уродливым пятном.

И чего он в такую рань приехал? Шесть утра на часах. Сколько еще придется сидеть, ожидая, пока народ начнет просыпаться? Как назло, ни одного собачника. Видимо, помня пословицу про хорошего хозяина и дурную погоду, питомцам было позволено справить нужду дома.

Он широко зевнул и набрал номер Новикова.

— Доехал уже, — пробубнил невнятно Серега.

В трубке слышался шум льющейся воды. Либо брился, либо чистил зубы.

— Я давно приехал. Торчу как проклятый в этом дворе. Ни одной собаки! Ни одной собаки или хозяина. В окнах свет не горит. Чего спят-то? — возмутился он. — На работу, что ли, никому не нужно!

— Эх, Валера, — послышалось легкое поскребывание, значит, все же друг брился. — Это только нам не спится. Да таким, как мы. А нормальные люди еще спят. Кстати, что там подполковник? Лоялен?

— Вполне. Дал «зеленую улицу». Обещал содействие по любому вопросу.

— Еще бы! — зло фыркнул Серега. — Им такой человек, как ты, очень даже нужен. Лбом дорогу пробивать. А сливки потом они снимут. Снимут, не сомневайся.

— Не принципиально, — лениво протянул Валера, закрутив ступнями, ноги просто онемели. — Ты же меня знаешь. Мне медалей не нать.

— Да помню, помню, про закон и порядок. Про справедливость и все такое, только… Только вот в очереди на расширение жилплощади ты сколько лет уже стоишь, а? Напомнить?

— Мне не тесно, — буркнул Валера.

Дернул рычаг, поднимая кресло, сел ровно. Повертел головой, хрустнул шеей.

— И это я помню, Валера. Только вот ни одна уважающая себя девушка не захочет связать с тобой судьбу. С тобой и твоей малогабаритной однокомнатной квартирой. — Новиков принялся споласкивать бритвенный станок, продувать его. — А была бы у тебя «двушка»…

— Серега, я жениться не собираюсь. Ты же знаешь. Чего ты завелся с утра? — рассмеялся Валера.

И тут же подумал, что его друг и коллега — Сергей Сергеевич Новиков, видимо, проснулся в скверном расположении духа по причине того, что не смог поехать вместе с Валерой в командировку. Потому что Ольга — его жена — приболела. И за Викой — его дочкой — просто-напросто некому присмотреть. Элементарно некому забрать из садика и привести домой. Он нервничал, звонил родителям, просил приехать, погостить. Но те не очень-то ладили с Ольгой и вежливо сыну отказали.

— Хочешь, угадаю? — Валера несколько раз сжал-разжал пальцы рук. — Ты просто мне завидуешь.

— Тебе? С какой такой стати? — воскликнул Сергей, но без напора.

— Ты завидуешь, что я холост. Свободен. Что никому не обязан отчитываться. Что могу в любой момент подорваться и ехать куда надо. Разве нет? — Валера довольно улыбался, слушая ворчание друга. — Так что, Серега, не надо мне навязывать никакую «двушку» со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— Семья — не последствие, — укорил его Новиков невнятно, видимо, рот был забит зубной пастой. — Семья, Арский, это платформа! Это фундамент. Ольга вон больная, с температурой, а встала и завтрак мне приготовила. Хочешь скажу, что?

— Ну, скажи, — без особого интереса отозвался Валера и положил руку себе на живот.

Там было жуть как пусто. А магазины были еще закрыты. И пока ехал на адрес Комаровых, по пути не увидал ни одного работающего круглосуточно супермаркета. Ни одного ларька, торгующего кофе и черствыми булками, разогретыми в микроволновке.

— Рисовую кашку с маслом. Сырники с изюмом. Кофе сварила с молоком. Целый кофейник! — Новиков прищелкнул языком. — Такие запахи по квартире.

— Приятного аппетита! — буркнул Валера и отключился.

За струями дождя, заливающими его ветровое стекло, удалось рассмотреть какое-то движение возле дверей нужного ему подъезда. Он включил «дворники» на полную мощность. Да, в самом деле. Под подъездным козырьком стояла пожилая женщина в трикотажном спортивном костюме. У нее не было при себе сумки. Не было собачьего поводка. Она никуда не спешила. Просто стояла, уперев руки в бока, и смотрела на дождь.

— Ну, я пошел, — отчитался непонятно перед кем Валера и распахнул дверь автомобиля.

От машины до подъезда он бежал, как бегал только в школе — на время. Но все равно сильно промок. И, встав бок о бок с женщиной в трикотажном спортивном костюме, пару минут отряхивался, поправлял промокший воротник джинсовой рубашки на флисовой подкладке. Приглаживал непослушные волосы, которые от влаги принимались завиваться кольцами. И он делался похожим на героя из русских сказок. И всерьез его мало кто воспринимал при первом знакомстве. Но женщине вдруг его завитки понравились. Она улыбнулась, проговорив:

— Вот повезло вам с волосами. А тут попробуй, нос высуни.

— Здрассте. — Он широко улыбнулся, прихватил прядь пальцами, потянул, отпустил, та тут же скрутилась спиралькой. — А я терпеть не могу. Замучили.

— Ой, да ладно! — не поверила она, осторожно ответив ему еще одной улыбкой. — А что вообще под дождь-то полезли? Сидели и сидели бы себе в машине.

— Да по делу я в вашем дворе. Время поджимает. И под дождь и под град полезешь. — Валера полез в карман рубашки, достал удостоверение, показал его женщине. — Из полиции я. Капитан Арский.

— А имя у капитана имеется? — спросила она, едва взглянув на его удостоверение.