Людмила Герасимова - Алиби для Коня

Пётр замолчал и выжидающе посмотрел на Таню — та, разгорячённая, с пылающими щеками, подозвала официантку и заказала три рюмки коньяку.

— Мне зачем? — возразила Зина. — Да и вам в такую жару не надо бы.

— Надо! Обязательно надо! Иначе можно умом помешаться, — проговорила Таня.

— Почему? — удивился Пётр. — Вас так расстроила моя история?

— И это тоже, — ответила девушка, подвигая к мужчине рюмку. — Пейте! Можете и вторую!

— Вы меня спаиваете? Зачем? — не понял Пётр.

— Теперь послушайте меня. Я расскажу продолжение вашей истории, которое вы ещё не знаете и вряд ли бы узнали, если бы не подошли ко мне и у вас бы не украли документ, — на одном дыхании проговорила Татьяна.

Пётр глядел на неё исподлобья, крутя между пальцами пустую рюмку.

Таня продолжила:

— Не смотрите на меня такими глазами, сейчас вы всё поймёте. Итак, слушайте теперь мою историю.

Много лет назад в этот южный городок приехал некий Умрихин Андрей Павлович с женой и трёхлетней падчерицей. Он купил здесь участок земли со старыми строениями, которые сдавал отдыхающим. Все свои сбережения, выручку от сдачи внаём комнат для отдыхающих, деньги от продажи большой квартиры, взятый в банке кредит он вложил в строительство гостиницы на берегу моря. И вот, когда его мечта готова была сбыться и белая, как лайнер, гостиница на берегу моря готова была распахнуть свои двери для гостей приморского городка, преступники похитили любимую жену Андрея Павловича и потребовали выкуп. Сумма была слишком большой, и бедный муж не смог собрать её к указанному сроку. Тогда ему пришлось обратиться за помощью в милицию. Но операция, проведённая доблестными защитниками прав и жизни простых граждан, оказалась неудачной. Преступники скрылись, а тело бедной женщины нашли рыбаки спустя некоторое время. Оплакав любимую жену, Умрихин Андрей Павлович всю свою заботу и тепло отдал дочери Лилии — Танечке. Постоянно мучаясь угрызениями совести, что не смог спасти мать девочки, он разрешал ей всё, баловал её как мог.

Пётр, не смотря на изрядную порцию выпитого пива и коньяка, казался вполне трезвым и внимательным. В конце грустной истории он закрыл лицо руками, и плечи его задрожали.

— Боже мой! — прошептала Зина. — Надо было его как-то подготовить. Что будем делать?

— Как тут подготовишь? — пожала плечами Таня. — Я и так пустила в ход всё своё красноречие, чтобы смягчить удар. Петя! Не убивайтесь вы так! Это судьба!

Девушка коснулась пальцами головы мужчины, тот поднял на неё красные влажные глаза и хрипло спросил:

— А дочь жива?

— Жива! Ещё как жива! Живее не бывает! — не зная, как успокоить плачущего мужчину, городила ерунду Татьяна.

— Я могу её увидеть? — закашлялся Пётр.

— В принципе да! Только надо подумать, как деликатнее это сделать. Скорее всего, она ничего не знает о родном отце. Хотя фамилия у неё материна… Могла ведь и поинтересоваться, почему это так.

— Я хочу её увидеть! Умоляю! Устройте мне эту встречу! — горячо попросил мужчина.

— Пётр! Я, конечно, это вам организую! Но должна вас предупредить: девочка с характером, причём с каким — то криминальным уклоном. Она склонна к разным авантюрам и непредсказуемым поступкам, причём обладает изобретательной фантазией. Даже не могу предположить, обрадует или расстроит её то, что объявится её родной отец, и нужно ли ей об этом знать. Вдруг она так обозлится, что забросит вас куда-нибудь на необитаемый остров!

— Ну, вы и хватили! — грустно улыбнулся мужчина и опрокинул в себя вторую, Зинину, рюмку коньяку.

— Ничего не хватили! Сами на собственной шкуре испытали то, о чём сейчас вам сказала! — округлив от перенесённых переживаний глаза, серьёзно заверила Таня. — Причём не далее, как вчера. Хорошо, дикарей встретили, и они нас любезно доставили на пляж.

— Каких дикарей? — теперь уже у Петра округлились глаза. — Откуда здесь дикари? А! Я понял: вы разыгрываете меня, чтобы я развеселился! — погрозил он коротким толстым пальцем.

— Какой уж тут розыгрыш! Нам вчера не до смеха было, когда очнулись на необитаемом и неприступном берегу и не знали, где находимся. Может, нас тайно перевезли в Турцию! Хорошо, что мы оптимистки, верим в хэпи энд, поэтому решили идти вдоль берега, пока не набредём на кого-нибудь из людей, пусть даже придётся обогнуть весь земной шар. Как решили, так и сделали. Пришлось карабкаться по горам, прыгать как серны со скалы на скалу, висеть как Тарзан на деревьях, пуститься вплавь через проливы, пока не натолкнулись на местных дикарей — африканских аборигенов. Вон Зиночка долго сидела в засаде, пока не убедилась, что дикари не из племени каннибалов и нас есть не собираются. Так эти папуасы нас встретили настолько любезно, особенно их вождь — молодой белозубый Иван, что накормили и напоили, а потом доставили в своей пироге через океан на наш пляж.

— Какой океан? — выпучил глаза Пётр. — Какие аборигены?

— Ну, подруга, ты увлеклась! — рассмеялась Зина.

— О! Белая Маша! Какая радостная встреча! — завопил на весь зал Иван, только что вошедший в сопровождении своих темнокожих друзей в кафе. На всех троих были такие же национальные наряды, как и раньше. У Петра от неожиданности отвисла челюсть. К экзотической группе поспешила официантка и громко предупредила, что в кафе заходить раздетыми воспрещается. В зал выглянул армянин, видимо, хозяин заведения, и крикнул:

— Света! Оставь! Иван и его друзья — мои друзья, — и он, радушно поздоровавшись за руку со всеми тремя гостями, предложил им столик.

Пётр, как завороженный, продолжал смотреть на «туземцев», а Татьяна объявила, что уже давно пора идти на пляж.

Уже на улице Таня предложила Петру присоединиться к ним, так как есть возможность увидеть дочь на пляже, если благоприятно сложатся обстоятельства. Что это за обстоятельства, она не уточнила. Пётр, конечно же, не стал отказываться, а последовал за благодетельницами.

На пляже некуда было яблоку упасть. Но одно место оставалось незанятым: это прямоугольник белой простыни, который ещё утром разместила здесь хитрая Танюшка. Разложив здесь свои вещи и укрепив зонт, все трое сели загорать.

— Тань! А вон и Костик! — качнула головой Зина в сторону лежащего неподалёку Коня.

— Вот и хорошо. Значит, обстоятельства складываются в нашу пользу! — ответила та.

— О чём вы говорите? — не понял Петя, разморенный на солнце и размякший от выпитого пива и коньяка. — Что-то спать хочется. Пойду искупаюсь. Может, легче станет.

— Какие девушки и уже с охраной! — с ноткой ревности в голосе поприветствовал Зину и Таню подошедший Костик. — Я уже и отчаялся ждать! Боялся, что вы всё-таки уехали, не дав мне своего московского адреса.