Евгений Сухов - Лошадиная доза

Жила Ермолова все там же, в своем особняке на Тверском бульваре. Ее, конечно, уплотнили, подселив товарищей из «ответственных работников», но звание народной артистки позволило ей сохранить за собой несколько комнат на антресолях. Кроме того, за ней осталась дача в подмосковном Владыкино, где она жила летом и осенью, едва ли не до первых заморозков. Конечно, вместе с Александрой Александровной. Поздней осенью они с Угрюмовой возвращались в особняк на Тверском бульваре, и длинными зимними ночами Александра Александровна читала Ермоловой переводные немецкие романы, заменяя в них печальные моменты на счастливые, чтобы народная артистка, ставшая сентиментальной и слезливой, лишний раз не лила слезы над сценами с неразделенной любовью и гибелью главных героев, что нередко случалось…

Всего этого Жора, естественно, не знал, но замешательство посетительницы все же заставило его немного затушевать свою прямоту. Он сдержанно кашлянул в кулак и немного виновато произнес:

— Простите, но наш отдел занимается преимущественно убийствами. Поэтому я так и спросил…

— Нет, Марию Николаевну не убили, слава тебе господи, — продолжая негодовать, ответила Александра Александровна. В какой-то момент она хотела перекреститься, но раздумала, осознав, что милиция — не самое подходящее место для крестного знамения. — На нас, вернее, на меня было совершено разбойное нападение. — Угрюмова перевела дух и добавила: — Вы, как мне сказал ваш дежурный, занимаетесь не только убийствами, но и такими нападениями.

— Они были вооружены? — быстро отреагировал Стрельцов.

— А как же! Именно вооружены. А вы что, хотите сказать, что ваш дежурный ошибся и привел меня не туда? Вооруженными преступниками занимается кто-то другой?

— Нет, гражданка Угрюмова, — заторопился с ответом Жора. — Наш дежурный привел вас именно туда, куда надо. Я и весь наш отдел как раз и занимаемся убийствами и вооруженными ограблениями. Итак, слушаю вас очень внимательно…

— Так я и говорю: на дачу Марии Николаевны Ермоловой было совершено разбойное нападение, — начала Угрюмова. — Я приехала, чтобы приготовить все к приезду Марии Николаевны, и тут врываются эти… — Она замолчала, видимо, подбирая подходящие слова.

— А когда это произошло? — воспользовавшись наступившей паузой, спросил Стрельцов.

— Вчера вечером, — ответила Александра Александровна.

— Где находится ваша дача? — задал очередной вопрос Жора, что-то записав в протоколе допроса.

— В селе Владыкино, — сказала женщина.

— В каком часу ворвались налетчики?

Угрюмова только пожала плечами.

— Ну, до девяти вечера или позже? — попробовал уточнить Жора.

— Позже, — не очень уверенно ответила пожилая женщина. — Я ведь на часы не смотрела.

— Хорошо, продолжайте, пожалуйста, — попросил Стрельцов.

— Я приехала днем, чтобы приготовиться к приезду Марии Николаевны. Летом Мария Николаевна часто любила приезжать во Владыкино, чтобы отдохнуть от городской суеты. Она подолгу жила на даче вместе с сестрами и детьми, иногда едва ли не все лето и даже часть осени, когда у нее не было спектаклей. Дача во Владыкине небольшая, но в ней нередко бывало столько гостей, что некоторым из них приходилось спать на веранде. Когда еще был жив батюшка Марии Николаевны, то она вместе с ним и своими сестрами…

— Простите, — перебил ее Жора, посчитавший, что рассказ о семье актрисы Ермоловой, ее пристрастиях и окружении здесь совсем не к месту, — вы начали с того, что приблизительно после девяти вечера на вашу дачу ворвались вооруженные грабители. Расскажите, пожалуйста, как это произошло?

— К этому времени я успела убраться, высушила постельное белье, перемыла посуду и поставила самовар. Уже допивала чай, когда услышала шаги на веранде. Потом открылась дверь, и вошел сначала один человек. У него было очень злое круглое лицо. Он посмотрел на меня и сказал: «Сиди и не рыпайся». И добавил неприличное ругательное слово, которое мне не хочется повторять…

— Не повторяйте, я все понял, — сказал Жора. — Что дальше?

— Следом за первым бандитом вошли еще трое. Круглолицый, что вошел первым, велел одному из этих троих держать меня на мушке и, если что, пристрелить. Он так и сказал: «Дернется или заорет — пристрели ее как собаку»… — Угрюмова повела плечами и поежилась, словно ей вдруг стало холодно. Потом с некоторым усилием продолжила: — Они стали рыскать по комнатам и выносить вещи: кресла, стулья, картины, перину и постельное белье из спальни, занавеси и шторы, столовое серебро, посуду, продукты, которые я привезла. Вынесли даже зеркало в медной раме из будуара Марии Николаевны и шелковые гобелены ручной работы, которые она привезла из гастролей в Италии. На них были библейские сюжеты: «Иисус и самарянка у колодца» и «Святой Павел проповедует в Афинах». Мария Николаевна их очень любила, ведь это были настоящие произведения искусства… А с веранды унесли плетеные стулья и плетеный же стол… — Александра Александровна снова немного помолчала и добавила: — Они вынесли все, что можно было вынести. Все, вы понимаете? На даче остались только голые стены! — При последних словах она посмотрела на Стрельцова так, словно это он был виноват в том, что грабители дочиста обчистили дачу народной артистки, и Георгий невольно почувствовал себя неуютно. — Когда преступники уходили, то этот человек с круглым лицом, который был у них наверняка главным, сказал, что, если я пойду жаловаться в милицию, то он найдет меня и пристрелит… — закончила она.

Это была удача. Настоящее дело! Вооруженная банда налетчиков! Наверняка это их не первое дело. И не последнее. К тому же, судя по всему, они не скрывают своих лиц, действуют открыто и нагло, а все награбленное вывозят на лошади с телегой или повозкой, которую хоть кто-нибудь да увидел.

Как их учили на курсах уголовного розыска?

Выжми из свидетеля все, что он знает, все, до самых последних мелочей, каким сам свидетель не придает никакого значения и почти забыл. Истина всегда прячется в деталях…

Задавай такие вопросы, ответы на которые отражали бы не только физические черты преступников вроде шрама, бельма на глазу или наколки на руке, но и их имена, клички, черты их характера, часто употребляемые словечки, тембр голоса, жесты, походку…

Ищи подобный преступный почерк в других схожих делах. Когда уже нашел и уверен, что действовала одна и та же банда, — объединяй эти дела в одно и ищи нечто общее для всех дел.

Обращай внимание на предметы, которые трогали руками преступники. Найденные отпечатки их пальцев всегда проверяй на наличие подобных отпечатков в картотеке с дактилоскопическими картами. Совпадение отпечатков, найденных на месте преступления и имеющихся на дактилоскопических карточках, есть прямая и неопровержимая улика и лучшее доказательство в причастности к преступлению.