Джейн Харпер - Силы природы

– Не особо, – ответил он. – А ты?

Кармен покачала головой.

– Давай поговорим о чем-нибудь другом, – она глотнула еще вина. – Например, когда твоя девушка съехала?

Фальк удивленно посмотрел на нее, не донеся вилку до рта.

– Откуда ты знаешь?

Кармен хохотнула.

– Откуда я знаю? Аарон, у меня есть глаза, – она показала на пустое пространство рядом с диваном, где раньше было кресло. – Либо это самый минималистичный интерьер, который я когда-либо видела, либо ты не заменил ее мебель.

Он пожал плечами.

– Почти четыре года назад.

– Четыре года! – Кармен отставила бокал. – Я думала, ты скажешь, четыре месяца. Видит бог, я и сама не лучшая домохозяйка, но серьезно. Четыре года. Чего ты ждешь? Тебя подвезти в «Икею»?

Он не удержался от смеха.

– Нет. Просто у меня руки не дошли купить новые вещи. Я могу сидеть только на одном диване за раз.

– Да, знаю. Но предполагается, что ты приглашаешь домой людей и они сидят на другой мебели. То есть это так странно. У тебя нет кресла, но есть… – она указала на блестящую деревянную штуковину, собирающую пыль в углу, – это. Что это вообще такое?

– Стеллаж для журналов.

– На нем нет журналов.

– Да. Я не читаю журналы.

– То есть она забрала кресло, но оставила стеллаж для журналов.

– Типа того.

– Поверить не могу, – Кармен насмешливо покачала головой. – Ну, если тебе нужен был знак, что тебе лучше без нее, то вот он у тебя в углу, без журналов. Как ее звали?

– Рэйчел.

– И что случилось?

Фальк уткнулся в тарелку. Он нечасто позволял себе об этом задумываться. Если он и думал о ней, то в основном вспоминал ее улыбку. Какой она была, когда все еще только начиналось. Он подлил им вина.

– То же, что и обычно. Мы просто отдалились друг от друга. Она съехала. Это была моя вина.

– Да, в это поверить нетрудно. Твое здоровье, – она подняла бокал.

– Что, прости? – он почти засмеялся. – Мне кажется, ты не это должна говорить.

Кармен посмотрела на него.

– Извини. Но ты взрослый, ты сможешь это переварить. Я хочу сказать, ты хороший парень, Аарон. Ты умеешь слушать, ты беспокоишься о людях, пытаешься поступать правильно. Если ты довел ее до того, что она съехала, то это было нарочно.

Он хотел было возразить, но остановился. Может быть, она права?

– Она не сделала ничего плохого, – наконец сказал он. – Просто я не мог дать ей того, что ей хотелось.

– Чего, например?

– Она хотела, чтобы я меньше работал, больше разговаривал. Брал отгулы. Возможно, женился, не знаю. Хотела, чтобы я разобрался с отцом.

– Ты по ней скучаешь?

Он покачал головой.

– Больше нет, – честно ответил он. – Но иногда мне кажется, что я должен был ее послушать.

– Может быть, все еще можно наладить.

– С ней уже поздно. Она теперь замужем.

– Возможно, тебе пошло бы на пользу, если бы вы остались вместе, – сказала Кармен. Она протянула руку через стол и легонько коснулась его руки. Посмотрела ему в глаза. – Но я не стала бы слишком себя корить на твоем месте. Она тебе не подходила.

– Правда?

– Правда. Аарон Фальк, ты не тот человек, чья вторая половинка владеет стеллажом для журналов.

– Справедливости ради стоит сказать, что она его оставила.

Кармен засмеялась.

– И с тех пор больше никого не было?

Фальк ответил не сразу. Полгода назад, в его родном городе. Девушка, теперь уже женщина, из далекого прошлого.

– Недавно чуть не случился роман.

– Но не срослось?

– Она была… – он замялся. Гретчен. Что он мог о ней сказать? Ее светлые волосы и голубые глаза. Ее тайны. – Очень непростым человеком.

Он так глубоко погрузился в прошлое, что не сразу услышал жужжащий на столе мобильник. Не успел вовремя отреагировать, и, когда поднял его, тот уже стих.

В тот же миг настойчиво и пронзительно зазвенел телефон Кармен. Она полезла в сумку и вытащила его, как раз когда Фальк посмотрел, от кого был пропущенный вызов. Они подняли от экранов глаза, и их взгляды встретились.

– Сержант Кинг? – спросил он.

Она кивнула, нажимая на кнопку и поднося телефон к уху. Мелодия стихла, но Фальку казалось, что ее эхо все разносится по комнате, словно далекий, но настойчивый звон набата.

Слушая, Кармен нашла взглядом его глаза. Беззвучно произнесла:

– Они нашли хижину.

Фальк почувствовал прилив адреналина в груди.

– А Элис?

Она послушала. Резко мотнула головой.

«Нет».

Дождь начался и быстро усилился, затмив звезды и превратив костер в дымящуюся кучку пепла. Женщины отступили в хижину, где нашли рюкзаки с вещами, и каждая отделила свою маленькую территорию. Помещение казалось слишком тесным из-за стучащего по крыше дождя, и Джилл чувствовала, что возникший вокруг костра дух товарищества улетучился вместе с дымом.

Она дрожала. Она не знала, что хуже: темнота или холод. Снаружи что-то громко щелкнуло, и она подскочила. Темнота хуже, немедленно решила она. Похоже, не ей одной пришла в голову эта мысль, потому что кто-то шевельнулся и зажегся фонарик. Он лежал на полу хижины, освещая потревоженную пыль. Мигнул.

– Нам лучше поберечь батарейку, – сказала Элис.

Никто не шелохнулся. С возгласом раздражения Элис потянулась вперед.

– Нужно беречь батарейку.

Раздался щелчок. Наступила темнота.

– Телефон что-нибудь показывает? – спросила Джилл.

Послышался шорох, затем вспыхнул квадратик света. Джилл затаила дыхание.

– Нет.

– Сколько заряда осталось?

– Пятнадцать процентов.

– Выключи.

Свет погас.

– Может быть, что-нибудь появится, когда дождь перестанет.

Джилл понятия не имела, как влияет погода на связь, но предположение вселило в нее надежду. Может быть, когда дождь закончится. Да, ей хотелось в это верить.

На другой стороне хижины снова зажегся свет. На этот раз он был сильнее, и Джилл узнала промышленный фонарь Бет.

– Ты глухая? – спросила Элис. – Нужно беречь фонари.

– Почему? – долетел из темного угла голос Бет. – Завтра нас будут искать. Это наша последняя ночь.

Со стороны Элис раздался смех.

– Ты обманываешь себя, если думаешь, что есть хоть малейшая вероятность, что нас найдут уже завтра. Мы так далеко отошли от маршрута, что никто и не подумает начинать здесь. Единственная возможность для нас быть найденными завтра – это самим выйти из леса.

Спустя мгновение свет погас. Они снова оказались в темноте. Бет что-то прошептала себе под нос.

– Хочешь что-то сказать? – вспыхнула Элис.

Ответа не последовало.

У Джилл разболелась голова, когда она попыталась прикинуть, какие имеются варианты. В хижине ей совсем не нравилось, но, по крайней мере, здесь у них было какое-никакое убежище. Джилл не хотелось возвращаться туда, где вокруг теснились деревья, острые ветки царапались и приходилось напрягать зрение, чтобы различить исчезающую под ногами тропу. Но краешком глаза она видела матрас со странным черным пятном. Ее тошнило при мысли о том, чтобы уйти, и становилось страшно при мысли о том, чтобы остаться. Она поняла, что дрожит то ли от холода, то ли от голода, и заставила себя глубоко вдохнуть, потом выдохнуть.