Бенджамин Дизраэли - Сибилла

Повествование в «Эндимионе» открывает картина августовского вечера 1827 года, когда Уильям Ферраре, встретившись со своим приятелем Сидни Уилтоном на Сент-Джеймс-стрит в самом центре Лондона, сообщает тому, что премьер-министр Великобритании Джордж Каннинг находится при смерти. Это обстоятельство дает им повод обсудить политическую ситуацию, которую они оценивают по-разному. Уилтон полагает, что Англию, как и весь мир, ждут большие перемены. Ферраре держится противоположного мнения. Он говорит: «Я не вижу оснований для каких-либо больших изменений, особенно в нашей стране. В ней мы изменили всё, что было необходимым менять» (Disraeli 1880/I: 6). Дальнейший ход событий, описанных в романе, покажет, что Уилтон оказался проницательнее Феррарса.

Взгляды молодого члена Палаты общин Уильяма Феррарса высоко котируются в салоне Зиновии, «первой дамы Лондона, моды и торийской партии» (Ibid./I: 5). Она считает, что Ферраре — восходящая звезда на английском политическом небосводе, и в недалеком будущем прочит ему кресло премьер-министра Великобритании. Несмотря на свою молодость, Уильям Ферраре уже занимает пост парламентского заместителя министра иностранных дел, но воздерживается от участия в правительстве Каннинга, возлагая свои надежды на приход к власти герцога Веллингтона. Со времени своего обучения в Итоне и Оксфорде он не получал ни единого отказа в материальной поддержке со стороны отца, который пользуется репутацией богатого человека. Женившись на обворожительной красавице мисс Кэрри (сироте, но притом наследнице немалого состояния), он превратил свой лондонский особняк на Хилл-стрит и загородную виллу в Уинблдоне в средоточие столичной светской жизни. Приемы, которые устраивает миссис Ферраре, посещают не только представители высшей английской знати: своим присутствием их удостаивают также августейшие особы правящих европейских фамилий, так что хозяйке дома приходится иногда фактически разрываться «между русским Великим князем и Светлейшим наследником маленького германского княжества» (Дизраэли 1881:1, 33) [231]. Веселое оживление в атмосферу таких вечеров привносят восьмилетние дети-близнецы Феррарсов, дочь Майра и сын Эндимион. Одетые в изящные костюмчики малыши без какого-либо смущения общаются с гостями.

На рубеже 1820–1830-х годов в салоне Зиновии насмешками встречают идеи вигов о необходимости парламентской избирательной реформы, а Уильям Ферраре выступает с пламенными речами против этих идей в парламенте. Но вот правительство вигов, которое ратовало за принятие реформы, уходит в отставку. Зиновия ликует, а Уильям Ферраре получает приглашение войти в состав новой администрации и, «натянув решимость, как струну» (Disraeli 1880/I: 48), отправляется в Эпсли-Хаус, резиденцию герцога Веллингтона. Однако триумф длится недолго. Вскоре Веллингтон отзывает свое приглашение, так как приходит к выводу, что не будет формировать правительство. Эта неприятность становится отнюдь не единственным ударом судьбы, что выпадают на долю Уильяма Феррарса. Умирает его отец, после чего выясняется, что Феррарсы полностью разорены и не могут поддерживать тот образ жизни, который вели до сих пор. Они вынуждены отказаться от лондонского особняка и загородной виллы и переезжают в Беркшир, где селятся в старом деревенском помещичьем доме, сдаваемом в аренду, потому что всё имение Хёстли долгие годы находилось под опекой.

В 1834 году назревает очередная отставка вигского правительства, и у торийской партии появляется возможность сформировать кабинет министров; однако лидер партии Роберт Пиль находится в Риме, а Веллингтон решает занять выжидательную позицию. Друзья Уильяма Феррарса советуют ему немедленно приехать в Лондон и заявить о себе. Так он и делает. Прежние коллеги тепло встречают его. После реформы 1832 года Ферраре перестал быть членом Палаты общин, и вот по прошествии двух лет выясняется, что «это избалованное дитя политики, которое всегда заседало в парламенте от карманного округа, где не с кем было состязаться, словно женщина, испытывало отвращение к конкуренции» (Disraeli 1880: 93). Это предопределило неуспех его попыток возобновить политическую карьеру. Уильям возвращается в Беркшир, ничего не добившись в Лондоне, кроме обещания предоставить его шестнадцатилетнему сыну Эндимиону место клерка в одном из второстепенных правительственных департаментов.

После подобной неудачи для семьи Феррарсов наступают черные дни. Не выдержав житейских невзгод, лишается рассудка и умирает миссис Ферраре, а вскоре после этого сводит счеты с жизнью ее муж. Уильям Ферраре «умер в абсолютной нищете» (Ibid./I: 168), и его детям предстоит собственным трудом зарабатывать себе на существование. «Мы никогда не должны расставаться», — говорит сестре Эндимион, но Майра, которая всегда превозносила брата и ставила его интересы выше своих, возражает: «Это погубит нас обоих». Она не желает становиться для Эндимиона обузой и, убежденная в том, что благодаря своим навыкам и умениям сможет обеспечить себя «едой, одеждой и, может быть, чем-то большим» (Ibid.), рассчитывает только на свои силы. Майре сопутствует удача: она находит работу в «одном из самых замечательных семейств, которые когда-либо благоденствовали на территории Англии» (Ibid./I: 169), и становится компаньонкой Адрианы Нейшатель, дочери банкира Адриана Нейшателя, предки которого в XVIII веке переселились из Швейцарии в Англию. Адриан Нейшатель считает, что его дочери «нужна подруга одних с нею лет <���…>, подруга с сильной волей <���…>, но в то же время могущая повлиять на нее в хорошем направлении. Это должна быть девушка из хорошего семейства и прекрасного воспитания, исполненная уважения к себе самой» (Дизраэли 1881/I: 175). Майра вполне отвечает всем этим условиям и по праву занимает в доме Нейшателей соответствующий пост.

Между тем Эндимион продолжает служить в департаменте, куда он устроился по протекции, добытой еще отцом, и где от него ожидают «только прилежания и аккуратности» (Там же /I: 103). Дружески принятый своими коллегами, он без труда входит в их среду. Особое внимание Эндимиона привлекает клерк по имени Сент-Барб, который сочетает исполнение своих обязанностей в департаменте с литературными занятиями. Чем ближе Эндимион знакомится с Сент-Барбом, тем больше его веселит «фантастический цинизм» (Disraeli 1880/I: 156) сослуживца. Однажды Сент-Барб признаётся Эндимиону: «Я решительно не знаю, который класс людей худший в этой стране — аристократия, среднее сословие или то, что они называют народом. Я всех их ненавижу» (Дизраэли 1881/I: 134–135).

Как-то раз Тренчард, один из коллег Эндимиона, приглашает его на заседание дискуссионного общества, которое было учреждено в Лондоне по образу и подобию такой же организации в Кембридже. Сначала Эндимион являет собой бессловесного регулярного посетителя этих заседаний, но через некоторое время, почувствовав себя интеллектуально готовым выступить в ключе одной из обсуждаемых тем, он произносит речь, которая заслуживает одобрение Берти-Тремена. Он и его брат Тремен-Берти «были самыми выдающимися членами общества и имели свою собственную партию» (Там же /II: 9). После удачного выступления Эндимиона приглашают на обед к Берти-Тремену.