Джанет Эдвардс - Жнец

Я закончила звонок, вернулась назад по спиральному коридору и села у окна с видом на пляж и небо Ганимеда. Внезапно со мной заговорил бестелесный голос.

– Игрок Джекс Торп Ли Грэнтхэм, гражданка Ганимеда, к вам поступил запрос от игрока по перемещению в ваш дом. Вы принимаете запрос по перемещению в Игре от игрока Ястреба, гражданина Небес?

Я встала.

– Игровая команда. Принять запрос по перемещению в Игре.

Появился Майкл в серебряном плаще, украшенном изображением летящего ястреба, и с серебряным же обручем в чёрных волосах. Он увидел моё ошеломлённое лицо и покраснел.

– Официальная семейная встреча. Требуется формальный костюм. Герб и корона обязательны. Лично я думаю, что так наряжаться глупо, но некоторые члены семьи – романтики. Остальные считают это безобидным чудачеством.

– Встреча закончилась? – спросила я.

Смущение Ястреба сменилось крайней усталостью.

– Нет, мы сделали перерыв, чтобы дать людям время оправиться от шока. Первоначально семья нормально восприняла новость о том, что бомбы предназначались для серверного комплекса Небес, но затем стали обдумывать последствия. Треть из нас умерла бы. Всё Сестринство было бы уничтожено. Авалон можно восстановить, но мы никогда не вернём Небеса без…

Он замолчал, не договорив, и покачал головой.

– Я тоже всё обдумал, и меня поразило, насколько же близко Небеса подошли к катастрофе. Если бы мы двое не разыскали Томаса. Если бы мы не обманули Жнеца этим фальшивым убийством. Если бы Жнец сам заложил бомбы, используя управляемого дроида, вместо того, чтобы поручить дело мне.

Я дотронулась до его руки.

– Небеса в безопасности, Ястреб.

Но он был погружён в свои кошмары и едва замечал моё присутствие.

– Новые воронки от взрывов, моя семья покалечена и уничтожена, и всё по моей вине.

Пришлось его встряхнуть.

– Небеса в безопасности, – повторила я.

На этот раз Ястреб взглянул на меня. Его лицо всё ещё искажала боль, но он вернулся к реальности.

– Сначала я напугал семью известиями о взрыве, а затем усугубил ситуацию, когда сказал, что у Жнеца есть стирательное оружие. Может, и не стоило вываливать весь этот ужас, но им надо знать, что за ними охотятся. У них есть право понимать риски и искать наилучший выход.

От живописания кошмаров он перешёл к самобичеванию. Я попыталась его отвлечь.

– Я говорила с Натаном. Мы поняли, что Жнец мог всё устроить так, чтобы его заново наняли в Игротехники.

Ястреб вскинулся.

– Нам надо…

Я перебила его.

– Натан уже предупреждает Игротехников, чтобы они остановили набор новичков до поимки Жнеца. И понимает, что это значит для него самого.

– Бедный. Игротехники говорили о его найме?

– Намекали.

Мы сидели в тишине, пока снова не заговорил бестелесный голос.

– Игрок Ястреб, гражданин Небес, игрок Кассандра, гражданка Небес, предлагает вам перемещение между мирами Игры в Амфитеатр. Вы принимаете предложение по перемещению в Игре?

– Встреча продолжилась, – устало сказал Ястреб. – Надеюсь, они не станут задавать слишком много сложных вопросов. Когда люди знают тебя столетиями, им легко поймать тебя на лжи.

– Игрок Джекс Торп Ли Грэнтхэм, гражданка Ганимеда, – продолжил бестелесный голос, – игрок Кассандра, гражданка Небес, предлагает вам перемещение между мирами Игры в Амфитеатр. Вы принимаете предложение по перемещению в Игре?

– Что? – ахнула я. – Почему я? Ты сказал, что семейные встречи только для своих.

– Кассандра хочет, чтобы ты выступила, как свидетель, – ответил Ястреб. – Ты помогла остановить взрыв, поэтому у семьи к тебе есть особые вопросы.

Бестелесный голос не унимался.

– Ответ не распознан. Вы принимаете предложение по перемещению в Игре?

– Игровая команда. Принимаю предложение по перемещению в Игре, – сказал Ястреб и исчез.

Я сглотнула. Мне предстояло увидеться со всеми Игроками-основателями Небес в знаменитом Амфитеатре.

– Игровая команда. Принимаю предложение по перемещению в Игре.

В Амфитеатре проходили самые важные собрания Игры. Он часто появлялся в новостных каналах. Дизайн был скопирован со старых римских амфитеатров: овальное поле, окружённое сиденьями. Но за стенами ни земли, ни города. Беломраморное чудо парило в чёрном пространстве, усыпанном яркими звёздами.

Игротехники меняли размер Амфитеатра в зависимости от необходимого количества сидений. Иногда он простирался в бесконечность, вмещая сотни тысяч людей. Порой в нём находились лишь несколько дюжин игроков. Сейчас в Амфитеатре сидели Игроки-основатели, которых было меньше тысячи.

Я стояла в самом центре сцены, наблюдая, как со всех сторон прибывают живые легенды. Они были одеты в золото и серебро, на плащах красовались гербы, а короны варьировались от простых обручей до огромных изукрашенных тиар.

– Джекс, – тысячекратно отразило эхо моё имя.

Голос принадлежал Ястребу. Я повернулась на звук и увидела, что Майкл машет мне с самого конца сцены. Я подошла и села рядом. Стулья по соседству были пусты, наверное, места резервировались для свидетелей.

– Мы будем сидеть здесь, пока нас не вызовут, чтобы задать вопросы, – сказал Ястреб. – Ты раньше бывала в Амфитеатре?

Я непонимающе взглянула, и он шлёпнул себя по лбу.

– Дурацкий вопрос. Слишком много на меня свалилось. Так вот, когда встанешь, каждое слово будет транслироваться на всю аудиторию. – Он хмыкнул. – Если ляпнешь что-то не то, может получиться неудобно.

Амфитеатр уже почти заполнился. Гости большей частью были облачены в серебро, лишь кое-где мелькали золотые уборы. Я изучала лица, знакомые с самого детства, и пыталась понять принцип.

– Женщины в золоте, а мужчины в серебре?

Ястреб кивнул.

– Сестринство носит золото.

– Сестринство, – повторила я. – То есть Игроки-основательницы объединились?

– Ну конечно. Их в десять раз меньше, чем мужчин. В начале пробного периода была куча проблем. Не со мной, разумеется. – Ястреб невинно развёл руками. – Я был хорошим, скромным мальчиком.

Я нахмурилась.

– А что, Игротехники не наводили порядок?

– Ну они старались как могли, но первые десять лет Игротехники были вне Игры, и сильно наказать кого-то не получалось. Разработка Игры выбилась из графика. У них в приоритете было нормально настроить чувства игроков, но и там не успели доделать запахи, например. Дизайн мира находился в жутком состоянии, везде зияли дыры. Деревья то появлялись, то исчезали, вокруг оставалась куча пустот без прописанных скриптов. При таком количестве забот неудивительно, что Игротехникам и в голову не приходило создать, например, тюрьму в Игре.