Игорь Ефимов - Без буржуев

Сеть НИИ, пронизавшая за послевоенные десятилетия нашу хозяйственную систему, по необратимости, бесплодности и упорству своего разрастания может быть уподоблена раковой опухоли. Возник могучий клан людей, занимающих высокие посты, обладающих дутым или подлинным авторитетом, ведущих в стенах своих кабинетов и лабораторий столь беспечное и прилично оплачиваемое существование, что даже кадровые номенклатурщики порой косятся на них с завистью и, устав от нервотрепки партийной жизни, переходят под мягкую сень научных кущ.

Для энергичных и честолюбивых под этими кущами откроются возможности увлекательной ученой карьеры, для всех прочих — возможности неправдоподобного, дух захватывающего безделья, «Помню одну сотрудницу НИИ, — пишет академик А. Петровский, — которая каждый день в 14.00 уходила «на эксперимент» и к концу рабочего дня возвращалась, весьма удовлетворенная своими научными успехами. Так продолжалось до тех пор, пока эта женщина забыла однажды запереть за собой дверь в клубную комнату. И тогда выяснилась сущность этого эксперимента. Изобретательная дама ежедневно после обеда располагалась вздремнуть на зеленом сукне большого бильярдного стола» (ЛГ 5.5.76).

Сама организация научных работ исключает возможность равномерной загрузки сотрудников. Допустим, в срок, определенный планом, начинается работа над очередной темой. Создается группа, ответственный исполнитель получает в свое распоряжение техников, лаборантов, чертежников, рабочих. На первом этапе разрабатывается методика, готовятся чертежи, таблицы, и рабочим делать почти нечего — они в простое. На следующем этапе будет вестись изготовление экспериментального оборудования, его монтаж — нечего делать лаборанткам, чертежницам, расчетчикам. Хорошо, если другая группа сейчас сможет использовать их. Но согласовать рационально этапы работ различных групп внутри лаборатории очень трудно. У каждой свои заторы, свои выходы из графика. Да и зачем ставить себя под удар, зачем рисковать? Проще иметь технический персонал в таком количестве, чтобы всем хватало. И нельзя, действительно, перебрасывать людей с темы на тему — ведь они должны войти в курс дела, освоиться с приемами работы, со всем технико-приборным хозяйством.

Так и получается, что в лабораториях всякого НИИ обычно половина, а то и две трети сотрудников находятся в простое. Кто читает, кто вяжет, кто сплетничает, кто делает какую-нибудь халтурку. Если пропускная система нестрогая, женщины успевают побегать в рабочее время по магазинам, заскочить в парикмахерскую.

В Москве коллектив Всесоюзного научно-технического информационного центра, видимо, начал проявлять симптомы такого переутомления, что администрация решила объявить один из рабочих дней «днем здоровья». «500 сотрудников ВНТИЦ явились в 9.00 в понедельник 11 июля не в свое прекрасное здание с кондиционированным воздухом, а в речной порт, заполнили теплоходы «Москва-1» и «Москва-33» и очень радостные отправились на пикник в Бухту Радости, откуда возвратились с поразительной аккуратностью — ровно в минуту окончания рабочего дня» (ЛГ 20.7.77).

Безделье, конечно, заразительно, но приказным порядком еще не закреплено. Поэтому люди серьезные, думающие, ищущие имеют все же возможность стоять от него в стороне и заниматься нормальной научной работой. Что многие и делают. Разработка интересной идеи, имеющей прикладной характер, редко будет отложена из-за отсутствия подходящего исполнителя или недостатка средств. Чаще всего ее проведут через все стадии лабораторного исследования, исполнитель защитит диссертацию или получит патент, авторское свидетельство на изобретение. Но на этом все дело застопорится.

Ибо между научно-техническим открытием и его промышленным внедрением лежит пропасть.

Несколько лет назад доктор технических наук Н. М. Михайлов и его сотрудник Р. А. Татевосян обнаружили явление, которому они дали название «вибротурбулизация». Состоит она в том, что в жидкости, помещенной на вибростенд, при определенном подборе частот вибрации происходят удивительные метаморфозы: стремительно образуются водовоздушные смеси, загрязненная вода может мгновенно сбросить всю грязь на дно, вязкие жидкости перемешиваются между собой за несколько секунд, сметана и сливки превращаются в масло меньше, чем за минуту. Ученые не смогли пока найти теоретического истолкования явления. Зато они наметили множество вариантов применения его в народном хозяйстве: очистка сточных вод, отмытие скопившейся на складах алмазной крошки, ускорение производства кремов, шампуней, лосьонов, и многое, многое другое.

Например, на Ленинградском заводе «Фармакон» производство ванилина было весьма сложным и давало отработанную воду настолько вредную, что санэпидстанция несколько раз собиралась закрыть ванилиновый цех. Изобретатели предложили технологию, при которой количество используемой воды сокращалось в три раза, количество технологических операций уменьшалось с 30 до 7, а вес требуемых реагентов — со 100 килограммов до 4.

— Ну, хорошо, — милостиво сказали на «Фармаконе», — давайте оборудование, будем опробовать.

— Но у нас нет нужного вам оборудования, — растерянно отвечали изобретатели. — Только маленький вибростенд с пультом, которые мы собрали своими руками для собственных нужд.

— Тогда дайте хотя бы рабочие чертежи.

— И чертежей нет. Мы же не КБ.

— А кто же будет чертежи делать?

— Мы не знаем.

Это почему-то так рассердило «Фармакон», что он пожаловался в свое министерство, а заодно и в Министерство пищевой промышленности, которому подчинено ВНИИ продуктов брожения (место нынешней работы Михайлова и Татевосяна), что вот, мол, изобретают разные, суются, а чертежей делать не хотят. («Изобретатель и рационализатор» № 11, 1976).

На языке научно-технического прогресса это называется «попасть в межотраслевое пространство». То есть открыть что-то такое, что может понадобиться многим. И поэтому каждый получает возможность отпихивать от себя изобретение, ссылаясь на других. Что, в свою очередь именуется «спихотехника». Сам сленг очень ярко проясняет ситуацию: научная идея, изобретение — это не то, за чем предприятия гоняются и даже похищают друг у друга, как на прогнившем Западе, а нечто изо всех сил отпихиваемое, что надо насильно внедрять , как внедряли некогда в темный народ прививку оспы или выращивание картофеля.

Спихотехника может успешно процветать и внутри одной отрасли. В Киевском ВНИИ гигиены и токсикологии «нашли способ получения химических аллергенов — препаратов, позволяющих точно устанавливать, какое химическое вещество возбуждает аллергическое заболевание». Государственный контрольный институт медицинских и биологических препаратов имени Л. А. Тарасовича дал положительный отзыв-заключение на препарат. А дальше начался многолетний футбол между Комитетом вакцин и сывороток и Фармакологическим комитетом, каждый из которых пытается отбить аллерген от своих ворот и загнать его в ворота «противника» (Изв. 21.4.77).