Константин Кропоткин - Содом и умора
![Обложка книги Константин Кропоткин - Содом и умора](/books/437558/konstantin-kropotkin-sodom-i-umora.webp)
- Название:Содом и умора
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Константин Кропоткин - Содом и умора краткое содержание
Не рекомендуется малым детям. Подросткам употреблять только под наблюдением взрослых. Не принимать все вышеописанное всерьез, также как и все, что еще будет описано.
Содом и умора - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Я думал, а продавец живописал.
— …А был ведь лапочкой! — брызгал он слюной.
Марк утирался, но помалкивал. Иногда его терпение бывает поистине беспредельно.
Кирыча чужие терзания не тронули. Он исследовал диван: обошел его кругом, зачем-то понюхал материю и заглянул под сиденье. Если бы таможенники относились к своей службе так, как Кирыч к выбору дивана, то контрабандисты остались бы без работы.
— Нашел? — спросил я.
— Что? — недовольно буркнул Кирыч, с трудом отвлекаясь от напряженной умственной работы.
— Пакет с героином! — поразился я его непонятливости.
Кирыч лег на диван и, качаясь в ворсистых синих волнах, кивнул мне. Я был с ним согласен. Такие вещи редко выходят из моды, потому что никогда в нее не входили. Прямые линии, слегка закругленные углы. Лишь гнущиеся во все стороны боковины и спинка, которую тоже можно скривить наподобие лепестка, свидетельствовали, что перед нами произведение современного диваностроения.
Артемий курлыкал, как глухарь на току. По скучающему виду Марка я понял, что наш новый знакомый уделяет плотским удовольствиям слишком мало внимания.
— Кха-кха, — вежливо напомнил Кирыч о своем существовании.
— Ты его стукни, — подначил я Кирыча. — Может, опомнится.
Марк, поймав мой раздраженный взгляд, лишь развел руками. «Голубым надо запретить работать продавцами, — подумал я. — Завидев себе подобных, они присасываются, как пиявки, и норовят пересказать всю свою жизнь — от пеленок во младенчестве, до трусов актуального любовника».
Потеряв всякую надежду обратить на себя внимание, мы бросили Марка на произвол судьбы. «Это послужит ему уроком. В следующий раз будет думать, прежде чем соваться к посторонним со своим милосердием», — мстительно подумал я, отправляясь на поиски менее говорливого продавца.
Персону вне подозрений мы нашли у кассы. Женщина лет сорока с перманентом на голове смотрела на покупателей как на похитителей табуреток. Я удовлетворенно крякнул. Не было никаких сомнений: рассказы о муже-изверге и сыне-двоечнике эта инквизиторша прибережет для подруг.
Пока Кирыч излагал суровой даме свои виды на диван, я боролся с соблазном потребовать жалобную книгу. Загвоздка была лишь в том, что я никак не мог сформулировать свои претензии. Не напишу же я, что продавец Артемий пристает к покупателям с историями о неразделенной любви и житейских неурядицах?!
Оставив в кассе требуемую наличность и договорившись о доставке, мы вернулись к вожделенному дивану.
Мальчики времени зря не теряли. Артемий прильнул к марусиному плечику и любовно крутил пуговицу на его полотняном пиджаке. Марк принимал откровенные ухаживания не без удовольствия, игриво хихикая и потряхивая кудрями.
— Еще немного, и они совокупятся на нашем диване, — сказал я.
Кирыч помрачнел. Право первой ночи он, видимо, хотел оставить за собой. Приблизившись к парочке, он не сказал ни слова, но от его него повеяло таким холодом, что даже у меня, безмолвного свидетеля, по спине побежали мурашки. Артемий осекся. Его физиономия прекратила ходить ходуном, собравшись в страдальческую гримасу.
Мы подхватили Марка под руки и поволокли к выходу.
— Я позвоню, — крикнул нам вслед Артемий.
— Пожалуйста, — не оглядываясь крикнул я. — Мы на связи бесплатно и круглосуточно: «01», «02», «03».
— Обидели человека и рады, — с упреком сказал Марк, оказавшись на свежем воздухе.
— Не волнуйся, у нас еще будет немало поводов загладить свою вину, — зловеще сказал я. — Нам нужен шкаф, два кресла, вешалка, пара стульев…
— Самое страшное еще впереди, — поддержал Кирыч.
— Ах, неее, — испуганно заныл Марк.
— Мой тебе совет, — продолжил я. — Хочешь дарить людям утешение, иди учиться на попа.
— Не богохульствуй, — полыхнул праведным гневом Кирыч.
Серафима Львовна воспитала Кирыча в строгости. Он даже в церковь не ходит — боится Божьей кары за содомский грех.
— Не люблю несчастных геев, — переключился я на другую, менее скользкую тему. — Мне кажется, что они распространяют бациллы несчастья. Как грипп — воздушно-капельным путем. Вот, Марк, сегодня Темочка на тебя чихнул, а завтра твой собственный дружок скажет тебе «адье, мон дье».
— Во Францию что ль сбежит? — не понял Марк.
— Например, — согласился я. — Уедет в Париж учиться на мушкетера.
— Ах, мы с Гекачкой и так уже просто подруги, — беспечно отмахнулся Марк.
— А если бы ты отдал Геку лучшие годы своей жизни? — предположил я. — Если бы он был смыслом твоего существования? Единственным светом в окошке? И вдруг — раз — и ушел, оставив только грязные носки под кроватью и старую зубную щетку в ванной! А ты уже старый, чтобы искать нового хахаля! У тебя вставная челюсть и титановый сустав в бедре!
Марк посмотрел на свое отражение в витрине и уверенно заявил:
— Я до этого не доживу.
На его лицо вдруг набежала тень. Он вынул из кармана платочек и промокнул им воображаемый пот на лбу:
— Как только увижу первую морщину, тут же приму яд.
— Маруся отравилась, — захохотал я.
Диван доставили через неделю.
— Ура! — закричал Марк и, вооружившись кухонным тесаком, со зверским видом начал кромсать полиэтиленовую обертку.
— Осторожно, обивку не порви, — предупредил Кирыч, продираясь к дивану с другой стороны.
Мне в этой возне места не нашлось, но я считал себя обязанным присутствовать при историческом событии. Наконец-то, Кирыч перестанет бояться за свой простатит, а Марк — жаловаться на отсиженный на твердом полу зад и боли в спине. Я тоже получу свою порцию счастья, перестав раздражаться на них обоих…
Когда Марк с утробным урчанием вырвал, наконец, кусок обертки, я понял, что вместо двух маленьких, у меня появился один большой источник для раздражения.
Диван был расписан во все цвета радуги.
— Каждый охотник желает знать, где сидит фазан, — пересчитал полосы Марк.
— Отомстил Артемий, — констатировал Кирыч.
— Лучше бы мы купили попугая, — сказал я.
ГУСЬ ДЛЯ МАРУСИ
В банке из-под кофе, где мы храним деньги «на житье», осталось только две мятые сторублевки и бумажка в десять долларов.
Мда, полосатость этого мира не устает меня удивлять. Будь моя воля, то я прописал бы всем ни в коем случае не расслабляться. Чем радужнее настроение, тем больше вероятность, что за углом поджидает какая-нибудь неприятность. Госпожа «Нищета», например. Или мадам «Голодная Смерть».
Не желая примиряться с очевидным, я пошарил рукой в банке. Увы, господин «Достаток», взяв под ручку купчиху «Сытость», отчалил в неизвестном направлении и вернуться не обещал.
— Мы на мели, — огласил я приговор.
Диван и последующее празднование опустошили кошелек Кирыча. Мой «Новоросский листок» внезапно начал переживать финансовые трудности и сулил излить на меня гонорарный дождь не раньше, чем через две-три недели. Вклад Марка в домашнюю казну в этом месяце был равен нулю — если не считать бутылки аргентинского вина в день зарплаты. Внятного ответа на вопрос, куда уплыли денежки, Марк дать не мог. Наверное, опять пускал пыль в глаза какому-нибудь королевичу: ах, я деньги все трачу и трачу, а они все есть и есть.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: