Сергей Иванов - БЛАЖЕННЫЕ ПОХАБЫ

Его заковали в цепи и посадили в храм св. Анастасии, целительницы бесноватых. Днем Андрей кричал, как безумный, а по ночам молился, «не зная, нравится ли Богу затеянное им дело». Как-то ночью он увидел самое Анастасию в сопровождении некоего светлообразного старца, которые ходили по храму, врачуя безумцев. Подойдя к Андрею, старец спросил: «Госпожа Анастасия, почему же ты не уврачуешь его?» – «Его уврачевал его учитель, – отвечала она, – и более он ни в чём не нуждается» (120-122). Из этого текста как будто следует, что Андрей всё же был болен, но его исцеление свершилось незаметным для плотских очей образом.

Когда прошло четыре месяца … и церковные служители увидели , что он не выздоравливает , но делается всё хуже , они поставили в известность его хозяина … а тот списал его как безумца и приказал освободить из оков и отпустить . И с тех пор Андрей бегал по площадям Города , творя глум в подражание древнему святому Симеону ( 219-224 ).

[ Андрей ] крутился среди толпы , ни разу не садился в течение целого дня , ничего не ел . Когда же наступал вечер , он начинал обходить городские портики , выискивая место , где находятся собачьи лежбища . Придя туда , он выгонял псов и укладывался спать , словно на матрасе … Встав же поутру , он говорил себе: « Вот , жалкий Андрей , ты спал с собаками , как собака !… Теперь иди своим путем , унижаемый в [ здешнем ] мире этими людьми , дабы снискать хвалу и честь у Царя Небесного » ( 272-284 ).

Буйства Андрея были разнообразны: он то пил из лужи (400-403), то воровал на базаре фрукты (1355-1359), то прикидывался пьяным и вырывал еду у посетителей в трактире, то раздавал затрещины (1409-1411). Агиограф, видимо, имел под рукой житие Симеона, и потому многие деяния Андрея кажутся нам знакомыми: он «справлял нужду позади корчмы, на глазах у прохожих. Какой-то юноша увидел, как он испражняется без зазрения совести, и донес трактирщику, а тот, выйдя и застав святого, схватил палку и побил его что было мочи» (1241-1245).

Другое сходство с Симеоном выражалось у Андрея в общении с блудницами.

Как-то он , словно играючись , гулял поблизости от притонов разврата , и одна из блудниц … втащила его внутрь . А воистину несгибаемый и подлинный насмешник Сатаны подчинился и последовал за ней … Сбежались и остальные блудницы и ради смеха стали спрашивать его , как с ним такое случилось . Праведник же улыбался , но ничего не отвечал . Они его били по шее , и побуждали к срамному делу блуда , и ласкали его плоть , и испытывали его , побуждая целомудренного к бесстыдству , говоря: « Соблуди , Юрод , и насыть желание души ». Можно восхищаться этим благородным человеком ! Ведь среди стольких ласк , которые они на него обрушили , не подвигнулся он и не возбудился на мерзкую похоть ( 298-311 ).

При всем многообразии Андреевых буйств надо отметить, что до Симеона ему далеко: Андрей не кощунствует и даже наоборот – постоянно ходит в церковь; когда он раздевается догола, то его тотчас одевают (1450-1453); даже история с публичными женщинами представлена как случайный эпизод, а не образ жизни. Да и вообще, собственно «юродская» часть занимает всего 70 из 150 страниц жития [CCLXXXII] [CCLXXXII] Ср.: Grosdidier de Matons. Les themes, p. 303-310. Любопытную статистику приводит Л. Риден: Андрей назван скандальным словом σαλός 19 раз, а литературным μωρός – 8, в то время как для Симеона это соотношение 67 к 1 (Ryden L. Zum Wortschatz der verschiedenen Fassungen der Vita des Andreas Salos // Lexicographica Byzantina / Hrsg. von W. Horandner, E. Trapp. Wien, 1991, S. 221). . При этом жители Константинополя обращаются с Андреем более жестоко, чем эмесцы с Симеоном.

Весь день он проводил в гуще толпы … прикидываясь пьяным , толкаясь и получая тумаки , крутясь под ногами прохожих . Иные его колотили , иные лягали , кто-то жестоко стегал . Иные его били палкой по голове , другие таскали за волосы , давали подзатыльники или кидали оземь и , связав канатом ноги , волочили по улицам , не боясь Бога и не имея христианской жалости к себе подобному ( 741-750 )…

Все его ненавидели , а городские мальчишки били , волочили , сильно колотили и , надев на его шею верёвку, таскали его на посмешище и , сделав из угля чернила , мазали ему лицо ( 1220-1223 )…

Ещё и другое чудо творил праведный [ Андрей ], укрепленный милосердным Богом: летним днём … блаженный прикидывался пьяным , садился на самом пекле и переносил испепеляющий зной , развалившись посреди улицы без еды и питья . А прохожие , спотыкаясь об него , по диавольскому наущению приходили в ярость . Одни били его палками , другие , пнув , шли мимо , третьи ругались и топтали его ногами , четвертые хватали его за ноги и оттаскивали в сторону . Когда же спускалась ночь , Андрей вставал и шёл в храм ( 1280-1289 ).

Однако не только это различает жития Андрея и Симеона. Если эмесцы не очень беспокоятся по поводу Симеона, то константинопольцы обсуждают проблемы безумия и одержимости постоянно и многосторонне:

Горожане , видя его , говорили: « А вот и ещё один безумный ». А другие: « Подобное поведение не характерно для безумных ( ούτος ό τρόπος παρά σαλών ουκ έστιν )» [CCLXXXIII] [CCLXXXIII] Фраза «Земля си николи же бесъ салоса несть» появилась в древнерусском переводе жития потому, что он делался с той рукописи, в которой вместо τρόπος (нрав) стояло τόπος (место) (Молдован. Житие, стк. 442-443). . Одни сочувствовали ему , другие били по шее , плевали в него и гнушались им ( 286-289 ).

[ Когда Андрей предсказал нескольким юношам , что они угодят в руки ночной стражи и будут побиты , а пророчество это сбылось ,] сказал один из них , начав обсуждение: « Будь проклят Сатана , о братья ! Каким образом тот безумец предсказал нам то , [ что и случилось ?]…» Другой заявил: « Болван , разве ты не понимаешь , что бес говорит своему компаньону , что он собирается учинить ? То , что мы ради глума сделали с ним , живущий в нём бес тотчас сделал с нами ». Третий возразил: « Нет , я думаю , что Бог отплатил нам за то , что мы этого безжалостно побили ». Ещё один вмешался: « Ты дурак ! Будто уж Богу есть какое-нибудь дело до безумного ( μέλει τω Θεώ περί σάλου )! Это Он наслал на того бешенство . Мы ведь его играючи побили – что тут такого ? Если бы он был святой , тогда ты убедил бы меня , что Бог отомстил нам . Но раз он сумасшедший , то Богу нет до этого дела ». Ведя такие и иные разговоры , важные для юношества , они ушли ( 260-271 ).