Николай Вереск - Диосайм. Кос

– Есть одна деталь, – она опять несколько раз оглянулась. Шерсть на хвосте дыбилась. – Я не одна. Такая вот. Я не одна. Есть ещё иммунные к мору, они не чистокровные альмы. У нас есть название. И на нас тоже ведут охоту, как и на моровых.

– Считаешь, это связанно с той стражницей, нерадушно встретившей нас?

– Линфары? Не знаю. По описанию я думала о них. Вот бы поговорить с Эхо…

– На твои желания она тут, – Аратон посмотрел в сторону дома.

– Я видела её тоже. Она злилась, что мы пришли.

Ювиме посмотрела на спутника. Аратон замер, затем решительно отдал ей игрушку и без всяких слов направился в сторону звука в нескольких хвостах от дома. Ювиме тряхнула головой, но последовала за ним, не желая оставлять одного.

Каково было её удивление, когда она увидела Аратона, стоящего как тень над руми. Это был один из друзей Мае, всегда молчаливый; ко всему теперь он едва прятал руку, которая не двигалась. Руми очень косился в сторону Аратона и отползал.

Ювиме хотела звать уже помощь, но застопорилась. Аратон сел на колени перед руми, протянул свои руки. Его глаза засветились жёлтым. Ювиме опять становилась свидетельницей проявления её спутником чего-то чужого для мира туми. Он держал в своих руках руку руми, охваченную золотым сиянием. Хруст кости, яркий. Аратон долго водил пальцами с золотыми нитями по руке. Ювиме в ужасе оглядывалась: лишь бы их не увидели.

Руми поднялся, когда Аратон не сдвигался, не мог найти опору и просто сидел на земле, опустив взгляд. Руми осматривал свою целую руку.

– Ара… – Ювиме подскочила к нему. – Зачем?

– Что будет злом, если не наше равнодушие? – он не подавал вида, но не был в силах двигаться. Даже его певучая речь превратилась в подобие хрипа.

– Спасибо, – отозвался слабый голос руми.

– Только никому не говори, – Ювиме с надеждой посмотрела на него. – Прошу. Считай это ценой за то, что он сделал.

Руми закивал и убежал к дому. Ювиме не осталось ничего, кроме как взять Аратона на руки и отнести в таверну. В этот раз задача гораздо сложнее, корона не должна была упасть.

К ночи Аратон уже приходил в себя и мог двигаться. Ювиме перепроверяла вещи, готовилась ко сну, а он медленно листал книгу и пил мёд. Около себя держал игрушку дрейка.

Закончив, Нратсетери села около него. Хотела на начало обнять, но мысли быстро откинула прочь.

– В этот раз вино было хорошим, тёплым, лёгким, – заговорил он первым.

– Если бы я знала, что тебе всегда так тяжело, я бы не просила тратить силы.

– Я сам не знал, признаюсь тебе честно, – он говорил в своей манере, напевая. – Как я подозреваю, это связано со мной, с телом, что это физическая трата сил, что мои способности равносильны физическим действиям.

– Тебе нужно восполнение сил, необходим сон. Это самый простой способ отдохнуть, Ара.

– Это не моё. Всё во сне слишком настоящее. Вместо одной реальности, где я должен существовать, я падаю в другую и там умираю раз за разом.

Ювиме не могла ему возразить. Её ночами ждали Кошмары, коими оказывался почти каждый сон. Она свыклась.

Ювиме выдохнула, вытянулась осторожно по всей кровати, не спихивая Аратона, подтянула под уши подушку. Усталость всегда была, а сонливость – нет. Ювиме не сводила взгляда с друга.

– Что помнишь из бестиария Кортама?

– Дрейки интересные среди фаа, отличительны, – Аратон поставил фигурку на кровать, перед Ювиме. – Их ацирь мало видят, они прячутся в гнёздах, где-то сокрыто и глубоко, где и властвуют. К одной такой идёт несколько датров дрейков, которые и рыщут по лесам. Потому решили не искать им отдельного названия, Кортам и отметил так, что только дрейки. Незачем называть то, что не встретишь.

– Думаю, «‎дрейя» подошла бы им, – Ювиме поставила рядом с дрейком фигурку виверны. – У неё два крыла, как у орла. Не без хвоста, и шерсть густа. Её вой как громобой. Не зная крика той, не выбраться живой.

– Что от тебя сей час звучит красиво?

– Стих. Ещё с лет руми. После него каждый раз хотела фигурку, да только играть не с кем, да и некогда. Теперь жалею.

– Ты исполнила давнюю мечту, Юви.

– Рискнула и забыла, что у меня нет дома, чтобы поставить на полочку. Сломаю. Мечта руми, которая обременяет туми. Сначала было лучше, а теперь никак.

– Я могу бережно хранить фигурки, пока не найдёшь себе пристанища. А пока, – он коготком склонил голову дрейка, в голосе немного зарычал, – давай, Вивер-р-рна, пойдём и кого-нибудь съедим. Все же с клыками хотят есть живых?

Ювиме залилась смехом от того, как Аратон это говорил, осваивая сатиру. Она сдвинула крылышки виверны, словно фигурка их поднимает.

– Идёшь только ты, Др-р-рейк. Я же буду пар-р-рить!

– А вот и нет! Я буду бежать, быстр-р-рее ветр-р-ра.

Он был совершенно без эмоций, иногда щурился, как пробовал улыбаться. А ей тяжело было переступить эту черту, где она совсем недавно была руми и старалась запрятать подальше черты потерянных лет. Все попытки Ювиме смущали её и заставляли улыбаться, греться щекам. И Аратон не отвергал эти эмоции, как могли туми неодобрительно посмотреть, мол, лета прошли.

И не важно, сколько она потеряла. Нет, ему это интересно, а ей от этого спокойно.

Очередной день в Оси. Все планы нарушила стражница, Эхо. Она не была как прежде злая, но оставалась грубой и суровой, её хвост часто поднимал пыль. Ювиме брела за моровой подальше от чужих глаз, потирая рот рукой. Пятна от завтрака оставляли и свой отпечаток на лице. Однако, стражница не трогала Аратона, отчего Ювиме легче.

– Дайте угадать, что-то произошло в Оси? – дема рукой проминала ноющую шею. Койки не пуховые, да и делить ещё.

– Нет. Что вы сделали с моим братом?

Ювиме встрепенулась. До неё сонной медленно дошло, что тем братом, вероятно, был тот молчаливый руми. У неё словно что-то в груди сжалось. Рассказал он ей или нет? Она решила не спрашивать прямо.

– А что мы сделали? Мы в Оси едва ли.

– Он молчал шесть лет после Онто, – Эхо качала головой. – До вчера. Я хотела прогнать вас двух, а он сказал, что вы хорошие. Тц. Что вы с ним сделали?

– Он упал, мы помогли подняться, – Ювиме сократила все события, на что Эхо напряглась и нахмурила брови. Нратсетери сразу же сменила тему. – Эхо, я прошу ответов: кто такие Линфары?

– Что? – моровая рыкнула. Она тотчас обозлилась, её губы приподнялись так, что обнажили посеревшие клыки. – Ты смеёшься надо мной? Думаешь делать и получать всё, что вздумается?!

– Это важно для меня, и не только, – Ювиме изогнула брови и сложила руки вместе. Она подошла ближе, заговорила тише. – Я не знаю, кто я. Я могу быть их целью тоже. Как и ты. И многие из нас.

Моровая всё не могла поверить, довериться, но слова брата на неё повлияли. Ювиме это видела. Они разошлись на том, что встретятся в шатре Старейшин, когда Линтою начнёт садиться. Что тогда и Ювиме раскроет о себе правду, а следом за ней Эхо.