Игорь Кальной - Философия истории

Данилевский ограничивает сферу приложимости моральных категорий и оценок, когда анализирует политические и культурные взаимодействия, отказывается от применения понятий добра и зла в отношении реалий социокультурного бытия. Однако сие не следует считать издержками его мышления. Это лишь попытка, во многом определяемая сильным влиянием методологии позитивизма на обществознание второй половины 19 века, исключить момент субъективизма и найти какие-то объективные законы общественного развития. На этом пути Данилевский впадает в крайность. Увлекаясь биологизаторством он превращает историю из естественно-исторического в естественно-органический процесс. Но его поиски вовсе не лишены смысла. Они сопровождаются ценными находками. Каждая культура имеет свои циклы становления, развития и угасания. Такой подход свидетельствовал о нежелании разделять обанкротившийся принцип европоцентризма. Вероятно, этим объясняется популярность концепции Данилевского, которая и нашла свое развитие в творчестве О. Шпенглера и А. Тойнби.

Для Данилевского культурно-исторический тип — это форма исторической жизни, которая имеет право быть, как и любая форма биосферы.

Рассматривая историю отдельного типа культуры конкретного народа, можно определить этапы ее развития, констатировать их потенциал, прогнозировать перспективы. Чего нельзя сделать с мировой историей, которая не располагает своей эмпирической базой.

На долю каждой культуры могут выпасть три роли: положительная (естественная) жизнедеятельность самобытной культуры; разрушительная деятельность «бичей Божьих»; служение чужим целям в качестве этнографического строительного материала.

Каждый культурно-исторический тип в своем развитии подчиняется действию соответствующих законов. Данилевский объясняет пять. Все они обеспечивают канон развития культуры конкретного народа. Что касается всемирной истории и общечеловеческой цивилизации, то таковых нет. А если эти модели и существуют, то исключительно благодаря культурно-историческим типам и локальным цивилизациям, которые своей деятельностью подтверждают, что «короля делает свита». Культура каждого народа вносит свой уникальный вклад в сокровищницу всего человечества. Таким образом, история человечества, по Данилевскому, — это совокупность взаимодействующих культурно-исторических типов, где каждый тип имеет собственные фазы развития от рождения и до смерти. Период становления культуры продолжителен, культурное «плодоношение» кратковременно. Формы взаимодействия культурных типов реализуют такие понятия, как «колонизация», «прививка», «удобрение», «строительный материал».

Освальд Шпенглер (1880–1936) — немецкий философ и историк культуры, автор труда «Закат Европы». Эта работа принесла ему сенсационную славу пророка гибели западной цивилизации. Работа над первым томом продолжалась около шести лет и была завершена в апреле 1917 года. В мгновение ока из безвестного отставного учителя О. Шпенглер превратился в философа и пророка, имя которого было у всех на устах. Только в 1921–1925 годах в Германии вышло 35 работ о Шпенглере и об его произведении.

В самой популярности «Заката Европы» таился некий парадокс, так как книга предназначалась для узкого круга читателей-интеллектуалов. Налет сенсационности породил множество искажений и недоразумений вокруг этого шедевра, цель которого, по словам самого автора, заключалась в том, чтобы «попытаться впервые предопределить историю».

«Закат Европы» открывается словами: «В этой книге будет сделана попытка определить историческое будущее». Судьбу Запада он определяет через противопоставление культуры и цивилизации. Как и Н.Я. Данилевский, О. Шпенглер развенчивает принцип европоцентризма, отказавшись от идеи единой линии эволюции человечества, единого «всемирного» исторического процесса (См.: Шпенглер О. Закат Европы. — Т. 1. — М., 1993. — с. 133). Вместо монотонной картины линейного развития, законодателем моды на которую выступала Европа, Шпенглер видит множество культур с их характерными особенностями, где каждая культура впитывает из исторического опыта лишь то, что отвечает ее потребностям. А значит, она ничего не наследует из предшествующего опыта.

Каждая культура имеет свои фазы развития. Но когда она обретает форму цивилизации, то это свидетельствует, что культура реализовала свои цели и заявила о конце своего существования. Зарождение культур начинается тогда, когда из первобытного хаоса выделяется особый образ — прафеномен. Гибель культуры происходит после того, как этот образ реализовал свой потенциал в форме языка, морали, искусства, религии и возвратился в первичную стихию. Пример других культур показывает гибнущей Европе ее судьбу. Вопрос гибели цивилизованной Европы — это вопрос времени.

Появление первого тома «Заката Европы» вызвало небывалый ажиотаж. Автор сумел увидеть идейную ситуацию в Германии тех лет как никто другой. Однако чем больше становился успех книги у читателя, тем более ожесточались и нападки на нее. А пренебрежение Шпенглера авторитетами заставляло его критиков платить ему той же монетой. Работа над вторым томом «Заката Европы» была прервана в связи с революционными событиями в Германии. К тому же ожесточенная полемика вокруг книги заставила его еще раз продумать свою концепцию, и лишь в апреле 1922 года рукопись была завершена. Развернувшийся в 1929 году мировой экономический кризис подтвердил тревожные предчувствия Шпенглера, которые он высказал еще в апреле 1917 года.

Немецкий теоретик создает свой метод исследования истории, в рамках которого рассматривает культурные формации древности. На основе приводимых параллелей с современностью он пытается определить судьбу Запада. Во введении к своему творению О. Шпенглер говорит о важности аналогий, замечая при этом, что «техника сравнения еще не существует». Он утверждает, что в аналогиях скрыт корень, из которого только и можно извлечь оптимальное решение проблемы истории.

Но книга не исчерпывается попыткой переосмысления прошлого. В «Закате Европы» сформулирована оригинальная культуро-философская концепция автора, о которой до сих пор ведутся теоретические споры. Ключевыми понятиями этой концепции являются культура и цивилизация, которые немецкий мыслитель понимает нетрадиционно, вкладывая в эти два слова особый смысл. Его историко-культурная концепция строится на соотнесении и противопоставлении «культуры» и «цивилизации».

О. Шпенглер затрагивает и проблемы познания. Он полагает, что природу можно понять и объяснить с помощью постижения законов ее развития. Что касается истории, то ее состояние можно уяснить через сравнительный анализ образов-прафеноменов. Если природа есть воплощение возможного, то история — однажды происшедшего.