Богумил Оля - Боги Тропической Африки

Примерно те же этапы развития, что и африканцы, прошли и далекие полинезийцы: до того как придать определенную форму каждому из их многочисленных божеств, они тоже знали только анонимную силу — сияющую квинтэссенцию жизни, которую они называли мана .

Раздумывая обо всем этом, приходишь к выводу, что прежде чем создать божество менее тираническое, более благородное и обладающее талантами демиурга, мысль первобытного человека должна была пройти большой путь развития. По мнению палеонтологов, установивших заслуживающие доверия хронологические данные, он занял очень длительный период.

Внутренняя трансформация идет, таким образом, по этапам — от аморфного понятия до более четких, конкретных образов с более или менее ярко выраженной антропоморфной тенденцией. Если посмотреть с чисто этической точки зрения, то такое развитие религиозной мысли равнозначно определенной деградации, которую можно было бы объяснить необходимостью сделать божественные фигуры более доступными для народного понимания.

Это божество во всех случаях и иногда в самых неожиданных обстоятельствах должно быть готово заниматься человеком, разрешающим бесчисленные проблемы разного масштаба. Чтобы напомнить божеству об его обязанностях, человек использует всякую возможность назвать его по имени, похвалить его, удовлетворить его гордость. Дело доходит до того, что он пишет на кузовах автомобилей всякого рода слова, полные ложного смирения: бог — мой пастух; спасибо богу; попросим бога; бог не спит; одного бога достаточно; бог прежде всего; бог, помолись за нас; да будет бог; слава богу; бог за нас; бог жив; молитва — это счастье; если богу так угодно... Полный перечень таких надписей мы, конечно, не можем привести, однако ясно, что на божью помощь надеются не только владельцы средств транспорта, но и другие слои общества.

Наше замечание отнюдь не носит иронического характера, оно должно только добавить несколько штрихов к портрету африканца как человека глубоко религиозного, который без постоянной помощи свыше чувствует себя безоружным в борьбе за существование. И если он фаталист, то это происходит вследствие исторических и культурных условий, оказавших решающее влияние на формирование его психики.

Африканец очень свободно ведет себя со своими божествами и иногда старается даже их обмануть или принудить выполнить свое желание. Это тоже объясняется тем, что он установил с ними дружеские отношения. Его молитвы и жертвоприношения в большинстве случаев вполне искренни, и сделку он предлагает из честных побуждений: сначала в качестве залога делает небольшое подношение и высказывает свое пожелание; затем, как только его пожелание выполнено, он совершает благодарственное подношение, значительное по размерам. Если же терпит неудачу, то ничего не делает.

Возможно, что религиозный акт в данном случае может показаться наблюдателю не выражением спонтанной и самостоятельной этической потребности, а открыто корыстным поступком. Проблема эта не так проста, как кажется на первый взгляд. В самом деле, мы имеем дело с наслоением двух составных элементов: проявления чистого чувства и меркантильного предложения заключить сделку, и они с трудом отделимы друг от друга. Удивительная способность африканского образа мысли допускать сосуществование в одном логическом кругу двух противоположных с картезианской точки зрения [48] По принципам философии Декарта. элементов приводила к несправедливому обвинению его в двуличности. Но если на Западе будут судить об африканском образе мысли исключительно исходя из принятых там критериев, то это ни к чему не приведет.

В связи с этим можно посочувствовать затруднениям этнолога, если он подходит к тому или иному явлению в Африке с помощью методов, которым он научился в западных университетах.

В качестве примера таких затруднений достаточно напомнить, что, хотя споры по этому вопросу идут уже длительное время, специалисты до сих пор не договорились, каким точно термином можно определить многообразный комплекс традиционных африканских религий. Теория "первобытной религии", которую в течение некоторого времени защищал Люсьен Леви-Брюль и ставил под сомнение Эмиль Дюркгейм, одним только своим прилагательным неизбежно предполагала субъективность суждений и поэтому долго не просуществовала. Кроме того, эта теория некоторым образом основывалась на тотемических концепциях, а современные течения в социологии не хотят считать их чисто религиозным явлением. В таком случае, может быть, было бы правильно говорить о фетишизме? Тоже нет, по причине этимологической дискредитации этого термина, а также из-за боязни обвинить африканца, придерживающегося традиционных религий, в том, что он почитает камушки, деревья или куски обработанного дерева. Поиски выхода из создавшегося положения вел Э. Б. Тэйлор, он предпочитал говорить об анимизме, а затем Макс Мюллер, отец еще менее удачливого учения о "натурализме", но все эти усилия не получили большого распространения, и "спасательная кампания" продолжается до сих пор.

Судя по всему, нескончаемые споры ученых не помешали африканцу быть самим собой и в данных культурных условиях придерживаться таких форм духовной жизни, которые предоставляют ему наибольшую моральную поддержку.

Когда африканец хочет физически приблизиться к своим богам, он относится к ним так же, как к своим вековым вождям, учитывая, попятно, их неземное существование. Самым обычным, а иногда и единственно эффективным средством установления связи с ними является акт жертвоприношения, который совершает представитель жречества или само заинтересованное лицо.

Заметим, что именно жертвоприношение рассматривается как основное содержание договора, заключенного между человеком и невидимым партнером.

Самым простым способом установления контакта с божественным собеседником являются молитва и мольба; их произносят или поют в условиях, установленных ритуалом. Это, так сказать, вступление. Считается, что для усиления эффективности надо их сопровождать какими-либо актами символического характера, но предусматривающими перемещение материальной энергии. Иногда используемое в ходе обряда приношение уничтожается или просто растрачивается с тем, чтобы освобождающиеся при этом силы были мистическим путем предоставлены в распоряжение невидимого адресата. В другом случае жизненный флюид выделяется кровью принесенной жертвы; он необходим для посмертного существования душ предков и для сохранения благотворного динамизма существ некоторых божественных категорий или для уменьшения опасности, которую они представляют.