Ориген - Гомилии на Бытие

Ведь и само Писание, по-моему, каким-то образом оправдывает его, говоря: Ведь он не знал, когда он спал с ними и когда встал (Быт. 19, 35). [А] о дочерях такое не говорится: они намеренною хитростью обвели отца. Последний, однако, настолько был усыплен вином, что не знал, ни что со старшей [дочерью] спал, ни что – с младшей.

Смотрите, что творит опьянение; смотрите, сколько преступлений порождает пьянство. Смотрите и остерегитесь, вы, для кого это зло не проступок, а привычка. Опьянение обольстило того, кого не обольстил Содом. Разжигается женскими огнями тот, кого не пожег серный огонь.

Итак, хитростью, не по своей воле был обманут Лот. Поэтому он какой-то средний между грешниками и праведниками; он, кто хотя и происходил из Авраамова рода, жил, однако же, в Содоме. Ведь и то, что он уходит из Содома, как указывает Писание, относится больше к чести Авраама, чем к заслугам Лота. Действительно, вот слова [Писания]: И было, когда Бог истреблял города Содомские, вспомнил Бог об Аврааме и выслал Лота из земли той (Быт. 19, 29).

4. Однако, я полагаю, что намерение дочерей его подлежит более внимательному рассмотрению; быть может, они не заслуживают такого обвинения, как кажется. В самом деле, Писание доносит, что они сказали друг ко другу: Отец наш стар, и нет никого на земле, кто бы вошел к нам по обычаю всей земли. Пойдем напоим отца нашего вином и поспим с ним, и восставим от отца нашего племя (Быт. 19, 31–32).

В связи с тем, что говорит Писание об этом, создается впечатление, что оно каким-то образом оправдывает и их. Ибо оно являет, что дочери Лота имели какое-то представление о конце мира, который приходит огнем, но это их представление как девичье было неполно и несовершенно. Они не сообразили, что во время истребления огнем cодомских селений еще много земли в мире остается нетронутой; они со слуха знали, что в конце века земля и все составляющие ее должны быть истреблены жаром огня (ср. II Пет. 3, 12). Они видели огонь, они видели горение серы, они видели опустошение всего; видели также и то, что мать их не спаслась. Они стали подозревать, что случилось что-то сходное с тем, что они знали о временах Ноя, и что спасены для продолжения рода человеческого только они с родителем [их]. И вот, они исполняются желания возобновить человеческий род и думают, что им надлежит дать начало восстанавливающемуся поколению. И хотя они видели, сколь велико нечестие – украсть сожительство с отцом, но еще большим нечестием им виделось – сохранив девство, уничтожить, как они считали, надежду на продолжение человеческого рода. Потому-то они исполняют замысел с тем меньшей, по-моему, виной, чем больше [в нем] аргументированной надежды.

Вином они смягчают печаль отца и расслабляют его строгость. Войдя каждая только в одну ночь, они зачинают от неведущего [о том] зачинателя; больше уже они не повторяют, да и не хотят. Где же здесь проявляется вина вожделения и где преступление против целомудрия? Как можно называть пороком то, что на деле не повторяется? Я опасаюсь высказать свою мысль; опасаюсь, говорю я, как бы их нецеломудрие не было целомудреннее чистоты многих. Пусть [же] женщины, находящиеся в замужестве, порассуждают и поищут в себе, только ли ради зачатия детей они входят к мужьям и уходят ли после зачатия. Ибо эти [дочери], уличенные, казалось бы в нецеломудрии, как приняли зачатие, больше уже не приступают к сожительству с мужчиной. А иные женщины, – конечно, наше замечание относится не ко всем в равной степени, – но есть некоторые, которые подобно животным и без всякого разбора неустанно рабствуют страсти: таких я не сравню и с бессловесными животными. Потому что животные, и те знают, что, зачавши, больше уже не [нужно] подпускать к себе самцов. О которых замечает и Божественное Писание, говоря: Не будьте, как конь и мул, у которых нет разума (Пс. 31, 9), и еще: Сделались конями <���жено>неистовыми (Иер. 5, 8).

Но вы, люди Божии, любящие Христа неизменно (ср. Еф. 6, 24), уразумейте это слово апостола: Едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию (I Кор. 10, 31). В самом деле, то, что он называет после еды и питья « или иное что делаете », этим приличным словом он обозначил неудобопроизносимое брачной жизни, показуя, что и это совершается во славу Божию, если оно исходит единственно из соображений потомства. Мы, как смогли, прошлись по проступкам Лота и дочерей его или, наоборот, по их извинениям [134] Частичное оправдание как Лота, так и его дочерей имеет длительную традицию у христианских авторов: сщмч. Иринея Лионского, Оригена, свт. Иоанна Златоуста, блж. Феодорита, свт. Амвросия, блж. Иеронима и блж. Августина (ссылки см. во французском издании Гомилий. SC 7 bis. P. 168–169, примеч.). Однако теми же словами их извинял уже Филон, выводивший вполне положительную аллегорию из этой ситуации: Лот – разум, две его дочери – размышление и согласие, не могущие существовать без разума (Quaest. IV, 56). В аллегорической и нравственной интерпретации Лота и его дочерей Ориген отступает от схемы Филона, а также полемизирует с другими христианскими интерпретациями, предлагая свои собственные: см. ниже. .

5. Но что касается аллегории, то, как я знаю, Лота считают олицетворением Господа, а дочерей его – двух Заветов. Но не думаю, чтобы с этим охотно согласился тот, кто знает, что говорит Писание по поводу Аммонитян и Моавитян, произошедших от племени Лота. Потому что как можно было бы приложить ко Христу то, что произошедшие от Него до третьего и четвертого поколения (ср. Исх. 34, 7) не войдут в церковь Господню (ср. Втор. 23, 3)? Мы же, насколько можем судить, представляем Лота образом закона. Да не покажется это бессмысленным из-за того, что «закон» у нас склоняется по женскому роду, ибо по-гречески он сохраняет мужской род [135] Ремарка принадлежит латинскому переводчику. Аналогичные рассуждения у блж. Августина: Ennar. in Ps. 59, 10 (PL 36, 720); Contra Faustum 22, 41 (PL 42, 426). .

Его жену мы представляем тем народом, который, выйдя из Египта и избавившись от Красного моря и преследования фараона, как от содомского огня, и, возжелавши снова мяса и чеснок [136] Чтение «чеснок ( allia )» вместо «горшки ( ollas )» реконструируется о. Л. Дутрело по Чис. 11, 5 (согласно Семидесяти). Поскольку все без исключения рукописи содержат ollas , издатель предполагает, что ошибка переписчика закралась уже в архетип. Египетский, и лук, и огурцы (ср. Чис. 11, 5), обратился вспять и погиб в пустыне, ставши одиноким памятником похоти (ср. Пс. 105, 14). Ибо здесь закон потерял и оставил прежний тот народ, как Лот – взглянувшую назад жену.

Придя оттуда, Лот поселяется в Сигоре, о котором говорит: Город этот крохотный, и спасется в нем душа моя, да он и не крохотный (Быт. 19, 20). Итак, посмотрим, что значит « город крохотный и не крохотный » по отношению к закону.