Авиация и космонавтика 1995 09

В конце 1915 г. из Риги в экскадру были доставлены б моторов, из которых 4 были установлены на корабль «Илья Муромец 20-й». По настоятельным требованиям командующего 7 армией было приказано кораблям 2-му и Киевскому перебазироваться в Галицию и расположиться в м. Колодзиевка в районе Тарнополя. 1 января 1916 г. 2-й корабль в разобранном виде был погружен на платформы и отправлен из Зегевольда в Колодзиевку, где был оборудован аэродром и помещения для всего состава отряда.

Через три дня 2-й корабль под командой штабс- капитана Панкратьева прибыл на место, а 12 января подошел эшелон с кораблем «Киевским» под командой капитана Башко. Однако после сборки корабли не смогли сразу приступить к боевой работе, так как дожди размочили землю на аэродроме настолько, что взлет стал невозможен. Однако немецкие самолеты, несмотря на те же условия, летали почти ежедневно. Причину этого удалось вскоре установить Панкратьеву 29 января. Накануне было сухо и утром подморозило, что дало возможность произвести нормальный взлет.

Забрав запас горючего на 3 часа полета и 10 пудов бомб, Панкратьев рано утром вылетел на бомбардировку м. Денисув и далее Монастержиско. Возвращаясь, с корабля увидели, что на немецком аэродроме разведывательной авиации находится мощеная досками взлетная полоса.

После полета Панкратьев немедленно сообщил начальнику штаба армии о наличии у немцев специально оборудованных взлетных полос и просил сделать такие же на нашем аэродроме. На следующий день прибыла саперная рота, привезли бревна и доски, и через 3 дня у нас была готова прекрасная взлетная полоса.

Третьего февраля новую полосу опробовал Башко, вылетев для бомбардирования укреплений Бучача, а попутно сбросил 3 пудовых бомбы на немецкую взлетную полосу. Две бомбы исковыряли ее, одна ушла в сторону. Нужно сказать, что «Киевскому» вообще везло на всякие неожиданности. Так было однажды, когда сбрасывая бомбы по расположению тяжелой артиллерии, случайно одна двухпудовая попала в какой-то дом, и он был разрушен. Не придавая значения этому попаданию, Наумов даже не отметил его в донесении, а через два дня из штаба армии сообщили, что бомба попала в офицерскую столовую, убив 25 и ранив много человек.

В течение февраля оба корабля несколько раз бомбардировали укрепления в районе Бурканова. Однажды утром выпала пороша, и два корабля вылетели на фотографирование укреплений. Получились замечательные снимки — все оборонительные сооружения противника будто нарисованы тушью на белом фоне. Совершенно отчетливо можно было рассмотреть не только окопы и ходы сообщений до самых землянок, но и всю систему проволочных заграждений.

19 марта австрийский аэроплан, пролетев над аэродромом, сбросил 3 бомбы. Осколком одной из них был убит военный летчик поручик Павлов, второй помошник штабс-капитана Панкратьева.

Кабина с пробоиной в нижней правой части.

25-го марта произошел воздушный бой. Корабль штабс-капитана Панкратьева с немецкими истребителями. В тот день они бомбили укрепления в районе г. Монастержиско. После сброса первой серии из четырех двухпудовых бомб внезапно раздалась пулеметная очередь, посыпались стекла и полетели какие-то щепки. Все бросились на свои места и открыли огонь, но было поздно: противник отошел и готовился к новой атаке. На этот раз его встретили огнем из трех пулеметов. Не успев даже выстрелить, он перевернулся и стал падать. В это время наш самолет атаковал второй, на этот раз его встретил огнем из верхнего люка старший моторист Ушаков. Он выпустил из Льюиса почти в упор только 8 пуль, и немец был сбит, но и сам Ушаков был ранен и упал на палубу, обливаясь кровью. Ранен был и поручик Федоров. Остались невредимыми командир корабля и его помощник.

Командир повернул к своему аэродрому. Первый немец больше не стрелял и скрылся на запад. В районе Бучача корабль обстреляла немецкая артиллерия, но ей не удалось добить поврежденный корабль, и он благополучно долетел на свой аэродром. Раненый в бою Ушаков вскоре скончался, посмертно он был награжден Георгиевским Крестом 4-й степени.

Осмотр подбитого корабля показал, что противник стрелял разрывными пулями, но, несмотря на многочисленные попадания, командиру удалось довести самолет до аэродрома.

В середине апреля штабс-капитан Башко получил новый корабль с моторами «Аргус», которые раньше были на самолете Озерского. После ремонта моторы работали хорошо. Однако на первом же пробном полете корабль при взлете вдруг перешел в плоский штопор и ударился крылом о землю, в результате чего самолет был разбит. К счастью, люди не пострадали, остались целы и моторы.

Разбитый корабль вместе с моторами был отправлен в Псков. Моторы установили на новый корабль, Башко его благополучно опробовал и остался доволен. Вскоре он был назначен командиром 3-го Боевого отряда и перелетел в Станьково, в 45 км к югу от Минска. К тому времени наши войска, отступавшие с Карпат, получив подкрепление, остановили австрийцев и сами перешли в наступление. Австрийцы организовали оборонительный рубеж по реке Стрып с опорными шихтами Бучач, Монастыржско, Язловец и т. д. Успешному ведению боевых действий 7-й армии значительно содействовали два «Муромца» — «Киевский» и «2-й», громившие эти рубежи и доставлявшие в штаб армии точные сведения о противнике. Работа была столь напряженной, что корабль «Киевский», изношенный в этих полетах, пришлось заменить новым. Отъезд Башко за новым кораблем перенес всю нагрузку на «2-й» корабль Панкратьева, которому приходилось часто вылетать на боевые задания по два раза в день.

9 апреля 1916 г. штабс-капитан Панкратьев получил задание штаба 7-й армии произвести разведку с фотографированием укрепленного рубежа по реке Стрып и м. Язловец, бомбардировать резервы и артиллерийские позиции противника. Полет был выполнен успешно, и истребители противника не атаковали.

В конце апреля в 3-й отряд прибыл новый корабль «Илья Муромец 13-й» под командованием военного летчика штабс-капитана Соловьева В. А. В состав экипажа входили помощник командира военный летчик штабс-капитан Жигайлов, артиллерийский офицер штабс-капитан Ивановский, старший моторист и механик старший унтер- офицер Левин. Первые вылеты корабль «13-й» совершал в составе отряда, а позже начались самостоятельные рейды по тылам противника. Для нанесения сильных бомбовых ударов корабли вылетали парами, обычно в этом случае немецкие истребители не «приставали» к копяблям.

Немецкие артиллеристы стали применять бризантные снаряды большого калибра для обстрела воздушных кораблей. В одном из полетов корабль штабс-капитана С. Н. Никольского подвергся сильному обстрелу зенитной артиллерии и с трудом долетел до аэродрома.