Юрий Леляков - Битва во времени

— То есть, какой-то «изначальный» человек, исходно существующий на планете, должен был бы породить или створить, например, рыбу, рыба — актинию, актиния — инфузорию, инфузория — бактерию… — даже как-то удивлённо констатировал Ратона. — Но на самом-то деле — всё как раз на оборот! И всем нашим, человеческим опытом — подтверждается именно эволюция от простого к сложному как основной принцип Бытия! Да собственно, и наше традиционное чхаино-каймирское мировоззрение основано на том же! Но в других культурах — почему-то всё иначе. И тайные учения, с которыми мы успели познакомиться, как будто ведут к тому же… Что там, Талир? — вдруг спросил Ратона. (Показалось, что Талир увидел что-то или кого-то впереди на дороге?)

— Кажется, полицейский фургон, — ответил Талир. — Да, точно… И кузов открыт — видно, ждали кого-то, чтобы захватить. И эта самосвивающаяся лента…

Джантара передёрнуло от этих слов. Ведь он тоже знал из случайно услышанного разговора учителей между собой об этой «новинке», которой обогатился полицейский арсенал за время их пребывания в интернате. Огромная, сокрушительной силы ленточная пружина из особого сплава, обладавшего «памятью формы», устанавливалась на специальных стойках где-то поперёк дороги — а затем соскакивала с этих стоек то ли просто от малейшего прикосновения, то ли по сигналу извне — и скручивалась, мгновенно опутывая жертву в несколько оборотов, да так, что просто физической силой, на используя тот же эффект «памяти формы», не смогли бы разогнуть и три-четыре человека. И страшно было даже представить, с какой силой сжимала она человека, оказавшегося на её пути, и какие ушибы и переломы могли быть получены в итоге такого «задержания», тем более — если это был не один, а несколько человек, прижатых друг к другу в самых неожиданных позах вместе с вещами, которые несли с собой… Но в том-то и дело — многих лоруанцев шокировала мысль о полном искоренении криминальной среды, а тут, когда принималось решение о таком использовании современных технологий — видимо, ничто ни у кого в душе не дрогнуло… И вот такой образчик вывернутой лоруанской нравственности — трусливой в общем, принципиальном плане, и оттого до дикости жестокой в конкретных вопросах — встретился им сейчас на ночной дороге…

— Нет, не то, что вы думаете, — сразу уточнил Талир. — Она уже спущена. В неё попались сами полицейские. Целых шестеро. И все — тоже в разорванной форме… Герм, как там, есть кто-то живой?

— Отсюда я не уверен, — чуть помедлив, ответил Герм, — но кажется, все мертвы. Ну что, возьмём этот фургон? Всё равно обстоятельства чрезвычайные…

— А… мегафон там может быть? — спросил Джантар, вспомнив одно из прежних видений. Тем более, так неожиданное объяснение получало и другое — где Лартаяу был за рулём такого фургона…

— Так всегда же бывает, — ответил Итагаро. — А… ты что-то знаешь? Ах, да — ещё видение…

— И даже не одно, — подтвердил Джантар. — Опять всё как-то странно сходится. Только бы горючего хватило… А нет — хотя бы съедем вниз. Мы же — почти на самом перевале.

«Да, странно — и даже ветер не очень чувствуется, — ещё только подумав, не сказал он вслух. — А снизу казалось, он будет такой силы…»

— Ну что, я надену рубашку? — как-то буднично сказал Лартаяу, судя по едва различимому в темноте движению, уже натягивая её (до того — нёс в руках). — Просто чтобы не потерять. А то водитель с короткими рукавами всё равно подозрителен… Они же теперь носят только длинное…

— И я сяду с тобой в кабину, — сразу предложил Талир. — Чтобы не включать фары. Мы же не знаем, что происходит…

— И опять с нами — пулемёты, — сказал Итагаро. — И опять непонятно, зачем их взяли. Припугнуть кого-то — вряд ли пригодятся, когда все ждут гибели мира, а стрелять ни в кого не собираемся…

— Просто для большей уверенности, что ли… — ответил Лартаяу. — Хотя как вообще с ними выглядим… Или… думаете, даже сейчас возможно какое-то нападение?

— И этого нельзя исключать, — подтвердил Итагаро. — Да я понимаю — ты думаешь, как это выглядит с точки зрения высших существ. Но мы же тут — в мире людей, и знаем, какими бывают люди… Даже в самые трагические моменты…

— И как, далеко ещё до фургона? — спросил Лартаяу. — А значит — и до этих трупов?

— Да вот, фургон уже весь открылся за поворотом, — ответил Талир. — Правда, вы не видите…

— Каким поворотом? — не понял Джантар. Хотя его глаза давно адаптировались к темноте, он по-прежнему не различал дороги, и даже едва видел всех остальных, ориентируясь скорее по их голосам и направлению свинцово-серой с редкими тёмными прогалинами полосы неба над дорогой — и эта полоса была направлена прямо вперёд, не образуя ответвлений. Однако после слов Талира Джантар стал особенно пристально вглядываться в почти непроницаемый мрак — но тут порыв ветра, сорвавшийся непонятно откуда, отбросил ему волосы на лицо, так что он на какие-то мгновения едва не потерял ориентацию. — Где этот поворот?

— Здесь развилка, — громко произнёс Талир сквозь усилившийся вой ветра. — Фургон — на боковой дороге, на главной — только ленточная ловушка. Так что дальше — направо, примерно под утлом в 32 градуса… В общем — следуйте за мной, чтобы не споткнуться о трупы…

Преодолевая яростные порывы ветра, из-за которых теперь приходилось идти даже немного наклонясь вперёд, чтобы не сбивали с ног — Джантар вместе с остальными последовал за Талиром… А вскоре — и сам стал различать ещё неровную узкую полоску неба между деревьями над боковой дорогой, но самого фургона не видел. И они всё шли, и Джантару казалось, что фургон ещё далеко — но вдруг Талир свернул вправо, а затем сквозь вой и свист ветра в ушах Джантар услышал глухой удар его ладони об открытую дверь словно вдруг выросшего из темноты фургона, и, осторожно обойдя эту дверь, наконец увидел перед собой на сером фоне неба тёмную громаду фургона с едва различимым верхом зарешеченного окна в сплошной черноте открытого кузова. Ветер теперь дул уже в спину, резкими порывами толкая Джантара — туда, внутрь…

— Осторожно, здесь ступеньки, — предупредил Талир. — Отсек для задержанных закрыт на замок… — добавил он, поднимаясь, и шаги далеко разнеслись во тьме гулким металлическим эхом. — Нo там пусто…

«И мы уже вряд ли узнаем, что тут произошло… — подумал Джантар. — Кого они ждали, кого хотели поймать — здесь, на перевале…»

— Но всё равно, я бы не рискнул открывать, — продолжал Талир. — Мало ли кого они возили раньше… А вот отсек для охраны… Две скамьи по обе стороны, так что вчетвером разместиться можно, но вшестером — уже не уверен… И то — всё равно троим придётся ехать в кабине. И дверь, смотрю, нечем привязать, чтобы не гремела по дороге — но и закрывать опасно. Вдруг защёлкнется — и Лартаяу не справится с замком… Что делать, придётся ехать так.