Петр Еремеев - Арзамас-городок

Нет, не случайно всю первую половину XIX столетия школу рисования и живописи академика А. В. Ступина называли все, побывавшие в ней, прекрасной достопримечательностью Арзамаса…

Каждый край, город своим славен.

Арзамасский уезд прослыл и своим гусем. Потому давно русской молвой и объявлены арзамасцы: гусятники!

Где-то в XVII веке подал о себе весть крупный мясной гусь с задорным характером.

Некий австрийский барон Августин, побывавший в городе, писал, что арзамасские гуси привлекли его внимание, изрядно подивили своим внешним видом и явно драчливым нравом.

Какими же признаками обладала сложившаяся порода арзамасского гуся? У него короткая округлая голова, сильно развиты мускулы щек. глаза голубые. Клюв у основания толстый, желто-оранжевого цвета, кончик его белый с розовым кольцом. Лапы желто-оранжевого цвета. Средний вес живой гусыни пять с половиной килограммов, на килограмм больше весил гусак.

И еще пристала добавка к словесному портрету. Красавец, увесист, очень вынослив, преисполнен силы и горд. И последнее: хорошо откармливается, мясо всех желаемых достоинств.

В прошлом веке близ Арзамаса выращивалось до двадцати тысяч гусей. На Всероссийский рынок местный гусь вышел в конце XVIII века.

Арзамасский гусь скоро стал и отличным бойцом. Один из жителей города начала прошлого века писал: «Любители гусиного боя вызывали друг друга на заклад. В назначенное время и место привозились с обеих сторон по два и по три избранных гуся в разноцветных лентах на шеях и даже на крыльях и хвостах, затем выпускали их с противоположных сторон и стравливали известными охотникам способами. Бой оканчивался не только поражением, но большей частью смертью птицы, заклеванной и избитой своим пернатым соперником. После, конечно, следовала попойка на счет заклада».

Большой арзамасский гусь стал громким действом на крестьянских свадьбах. Вот как об этом рассказывалось.

Вдруг объявляется стряпуха свадебная по-за столом, испуганно кричит:

— Гуся из печи вытащить не могу!

Находчивый дружка торопко подносит ей чарку вина, снимает со стены ружье и стреляет в печь.

Только теперь — торжественно, при веселых криках, гусь подается на стол — слава стряпухе!

В 1767 году в июне Екатерина II возвращалась из своего веселого путешествия по Волге. Вторая половина его от Симбирска до Москвы совершалась на лошадях.

Государыня со своей блистательной свитой приехала в Арзамас ранним-ранним утром.

11 июня после краткого молебствия в Воскресенском соборе императрица принимала в роскошном доме гвардии прапорщика Семена Бутурлина арзамасцев: духовных лиц, дворян и отдельных купцов. Пока царица за обеденным столом беседовала с приглашенными, на Соборной площади устроили бой гусей — слава о бойцовских качествах которых уже дошла и до царского дворца.

Зрелище боя изволили лицезреть графы Орлов и Чернышев из свиты императрицы. Сиятельные вельможи побились об заклад: пари выиграл Орлов, ему-то хозяин птицы и преподнес своего бойца, чем очень угодил знатному царедворцу.

После сего случая спрос на пернатого бойца очень возрос в среде любителей гусиных боев.

Первая четверть XIX века.

Литературная жизнь русских столиц переживает подъем.

На уровне полемического задора, а то и едкой сатиры идет борьба карамзинистов-западников со сторонниками глубинных русских начал жизни, радетелями за самобытное развитие основ родного языка и литературы.

Карамзинисты собрали вокруг себя романтически настроенных поэтов и прозаиков, объединились в кружок «Арзамас», названный по связи с сатирой Д. Н. Блудова «Видение в арзамасском трактире, изданное обществом ученых людей».

Сторонники президента Академии наук адмирала А. С. Шишкова входили в «Общество любителей русского слова». Под громким натиском карамзинистов «Беседа» прекратила свою деятельность в 1816 году, «Арзамас» собирал своих членов до 1818 года. Распался он отчасти потому, что ряд литераторов разъехались, а потом отдельные «арзамасцы» начали было включать в программу кружка и политические вопросы.

Поскольку кружок карамзинистов носил название «Арзамас», то немудрено, что и арзамасский гусь, хорошо знаемый тогда и в столицах, вошел в его историю: «Василия Львовича Пушкина — известного стихотворца, дядю Александра Сергеевича, избирали старостой „Арзамаса“. После того, как он поразил в комнате стрелой из лука некое безобразное чучело — символ дурного вкуса „Беседы“… ввели Пушкина за занавеску и дали ему в руки эмблему „Арзамаса“ — мерзлого арзамасского гуся, которого поэт должен был держать в руках все время, пока ему говорили длинную приветственную речь. После того, как и всем „арзамасцам“, Василию Львовичу дано было прозвище Вот». Дополним сказанное: на печати «Арзамаса» было изображение арзамасского гуся.

В 1821 году Арзамас проездом посетил писатель, историк и издатель «Отечественных записок» Павел Петрович Свиньин. Он среди прочего из арзамасских впечатлений написал и о здешних гусях: «Зеленые берега Теши усеяны или, лучше сказать, покрыты, как белым полотном, — стадами гусей, коими Арзамас издревле славится. И — точно!

Гуси здешние необыкновенной величины и силы, и вообще славные бойцы. Арзамасские жители страстно любят сию забаву и платят по 100 и более рублей за отличного гуся-рыцаря. Я видел бой их, и хотя небольшой охотник до всякого роду звериных поединков, но смотрел на него с большим удовольствием и любопытством, чем в Англии на петуший, в Португалии на бычачий, в Москве на медвежью травлю.

Гуси сражаются крыльями, стараясь супротивника своего схватить за ногу. Побежденный после нескольких стычек, почувствовав свою слабость ретируется и ни за что не заставишь его после сразиться с победителем! Потому поле сражения покрывается не кровью, а пухом и перьями».

Случилось, проезжал Арзамас и писатель граф Дмитрий Иванович Хвостов с желанием увидеть гусиный бой. Но графу не повезло, он написал:

«И в прозе я говорю, что стихи сии писаны по неудовольствию, что не случилось мне видеть настоящего бойца между арзамасских гусей, ибо их приготовляют не в то время, когда я приезжал в Арзамас, а что касается до шутки Баснописца: „Такие именно, как в басенке Крылова“, то скажу с ним, не обижая арзамасских гусей, что они годятся на жаркое, ибо те, коих я ел, показались мне очень вкусными».

В романе И. С. Тургенева «Дым», один из его персонажей, Ростислав Бамбаев восклицает: «Русь, экая эта Русь! Посмотри хоть на эту пару гусей: ведь в целой Европе нет ничего подобного. Настоящие арзамасские!»