Агата Кристи - Ночь без конца

Когда, проводив его, я вернулся в гостиную, Элли осторожно складывала осколки стекла в мусорную корзину.

– Мне так жалко, что пепельница разбилась, – сказала она. – Она мне нравилась.

– Ну, можно ведь найти такую же, – утешил я, – она ведь не старинная.

– Я знаю! А что тебя так испугало, Майк?

Я на миг задумался.

– То, что сказал Филпот. Это напомнило мне то, что со мной случилось, когда я совсем еще мальчишкой был. С моим дружком мы тогда с уроков сбежали и отправились на местный пруд – на льду покататься. Лед нас, маленьких идиотов, держать не желал. Дружок мой провалился и утонул прежде, чем кто-либо успел его вытащить.

– Как ужасно!

– Да! А я совсем забыл об этом, пока Филпот не рассказал про своего брата.

– Он мне нравится, Майк. А тебе?

– Да, очень. Интересно, что у него за жена.

Мы отправились на ланч к Филпотам в начале следующей недели. Их дом в георгианском стиле [29] Георгианская архитектура – общий термин для обозначения всей архитектуры XVIII в., т. е. периода правления королей Георгов: Георг I (1714–1727), Георг II (1727–1760), Георг III (1760–1820). , белый, с довольно красивыми очертаниями, не представлял собою ничего особенного. Внутри он несколько обветшал, но выглядел вполне комфортным. На стенах длинной столовой висели портреты, которые я принял за портреты предков. Большинство из них были очень плохи, хотя, если б их почистить, возможно, они смотрелись бы лучше. Был там один – портрет светловолосой девушки в розовом атласном наряде, – который привлек мое внимание. Майор Филпот улыбнулся и сказал:

– Вы выбрали нашу самую лучшую. Это же Гейнсборо, и притом очень хороший, хотя его героиня в свое время стала причиной целого ряда неприятностей. Были сильные подозрения, что она отравила собственного мужа. Возможно, эти подозрения – просто результат предубеждения, так как она была иностранкой. Джервейс Филпот случайно познакомился с нею где-то за границей.

На ланч были приглашены еще несколько соседей – познакомиться с нами. Доктор Шоу, показавшийся мне очень доброжелательным и очень утомленным человеком. Ему пришлось спешно уйти, прежде чем мы покончили с едой. Был там викарий – молодой и все принимающий всерьез, и пожилая дама с устрашающе командным голосом, которая выращивала декоративных собачек корги. И была там еще высокая, красивая, смуглая и темноволосая девушка по имени Клаудиа Хардкастл, которая, казалось, жила исключительно ради лошадей, хотя в этом ей очень мешала аллергия – она страдала от яростных приступов сенной лихорадки.

Они с Элли как-то сразу хорошо сошлись. Элли обожала ездить верхом, и ее тоже беспокоила аллергия.

– В Штатах у меня аллергия была в основном на крестовник [30] Крестовник – невысокая сорная трава или кустарник (до 30 см) с мясистым облиственным стеблем. , – сказала она. – Но иногда и на лошадей тоже. Только теперь аллергия не очень меня беспокоит, потому что у докторов появились такие замечательные штуки и они дают их вам от самых разных видов аллергии. Я дам вам некоторые из моих капсул. Они ярко-оранжевые. И если вы не забудете принять одну перед выездом, вам и одного раза чихнуть не придется.

Клаудиа Хардкастл сказала, что это было бы чудесно.

– А вот от верблюдов мне еще хуже бывает, чем от лошадей, – сообщила она. – В прошлом году я была в Египте, так слезы потоками лились по моим щекам всю дорогу вокруг пирамид.

– А некоторые так реагируют на кошек, – откликнулась на это Элли.

– И на подушки.

Они продолжали разговор об аллергиях.

Я сидел рядом с миссис Филпот, высокой, худой и гибкой женщиной, говорившей, в перерывах между кушаньями, которые она поглощала с завидным аппетитом, исключительно о своем здоровье. Она дала мне полнейший отчет о своих разнообразных недомоганиях и о том, как озадачены были ее случаем многие выдающиеся представители медицинской профессии. Периодически она отклонялась от темы и из вежливости задавала мне вопросы, например чем я занимаюсь. Я сумел уклониться от ответа, и тогда она сделала не очень настойчивую попытку выяснить, кого я знаю. Я мог бы вполне правдиво ответить: «Никого», но счел за благо воздержаться, тем более, что она вовсе не была снобом и не очень стремилась все это узнать. Миссис Корги – настоящее имя этой дамы я не разобрал – была гораздо более упорна в своих расспросах. Я отвлек ее разговором о всеохватном беззаконии и невежестве ветеринарных врачей. Все сложилось вполне приятно и прошло совершенно спокойно, хотя и скучновато.

Позже, когда мы совершали довольно беспорядочный обход сада Филпотов, Клаудиа Хардкастл пошла со мной рядом.

– Я слышала о вас от моего брата, – без всяких предисловий сообщила мне она.

Я удивленно взглянул на девушку. Я не представлял себе самой возможности знакомства с каким-либо из братьев Клаудии Хардкастл.

– Вы уверены? – спросил я.

Казалось, мое удивление ее забавляет.

– Между прочим, это он построил ваш дом.

– Вы хотите сказать, что Сантоникс – ваш брат?!

– Сводный. Я не очень хорошо его знаю. Мы редко встречаемся.

– Он замечательный, – сказал я.

– Да. Некоторые так о нем и думают, я знаю.

– А вы – нет?

– А я никогда не бываю уверена. В нем сочетаются две стороны. Было время, он просто катился вниз… Никто не хотел иметь с ним никакого дела. А потом… он, казалось, совершенно изменился. Он стал преуспевать в своей профессии – преуспевать неожиданно и необычайно. Похоже было, что он стал просто… – она замолчала, подыскивая слово, – просто одержимым.

– Я думаю, такой он и есть – именно одержимый!

Потом я спросил ее, видела ли она наш дом.

– После того, как он был закончен? Нет.

Я сказал, что ей надо побывать у нас и посмотреть дом.

– Должна предупредить вас – он мне не понравится. Я не люблю современные дома. Мой любимый период – времена королевы Анны [31] Королева Анна (Queen Anne, 1665–1714) правила Англией, Ирландией и Шотландией с марта 1702 г. по август 1714 г. Первый монарх Соединенного Королевства Великобритании. .

Клаудиа сказала, что собирается предложить кандидатуру Элли в гольф-клуб. И что они собираются выезжать верхом вместе. Казалось, они с Элли успели подружиться.

Когда Филпот показывал мне свою конюшню, он сообщил мне парочку сведений о Клаудии.

– Прекрасно охотится верхом с собаками, – сказал он. – Жалко, что жизнь себе испоганила.

– Неужели?

– Вышла за богатого, на много лет старше ее. За американца. Ллойд его звали. Не сложилось. Расстались почти сразу. Вернулась и взяла свою старую фамилию. Не думаю, чтобы снова вышла замуж. Стала мужененавистницей. Жаль.

Когда ехали домой, Элли сказала:

– Скучновато, но мило. Милые люди. Мы будем очень счастливы здесь, Майк, правда ведь?