Агата Кристи - Ночь без конца

– Ну что же, это прекрасно. – Он потрепал ее по плечу. – Ничего плохого я у вас не нашел, моя дорогая. Склонны немного тревожиться временами, я бы сказал. Только и всего. А капсулы эти довольно мягкие. Масса народу их теперь принимает, и никакого вреда этим людям они не приносят. Можете их продолжать, но снотворные таблетки оставьте в покое.

– Не знаю, чего я вдруг взволновался, – сказал я Элли в порядке извинения. – Думаю, это Грета.

– Ох, – произнесла она в ответ, рассмеявшись. – Грета так суетится из-за меня. Сама она никогда никаких лекарств не принимает. – И пообещала: – Мы все перевернем вверх дном и большинство этих штук повыкидываем прочь.

Элли очень легко знакомилась с соседями, и большинство из них теперь становились ее друзьями. Клаудиа Хардкастл приезжала к нам очень часто, они с Элли периодически отправлялись поездить верхом. Сам я верхом не ездил – я всю жизнь имел дело с автомобилями и всякими механическими устройствами. Не имел ни малейшего представления о лошадях, несмотря на то, что как-то раз, в Ирландии, недели две выгребал навоз из конюшни. Но я втайне надеялся, что когда-нибудь, когда мы будем в Лондоне, я пойду в роскошную конюшню со скаковыми лошадьми и научусь правильно ездить верхом. Я не хотел начинать обучение здесь. Здешние жители, скорее всего, стали бы надо мной смеяться. Я счел, что езда верхом, видимо, полезна для Элли. Казалось, она просто наслаждается ею.

Вместе с Клаудией Элли как-то отправилась на торги и, по совету подруги, купила там для себя лошадь, каурую, по имени Конкер [34] Конкер ( англ . Conquer) – Побеждать. . Я уговаривал Элли быть поосторожнее, когда она выезжает верхом одна, но жена посмеялась надо мною в ответ.

– Я езжу верхом с трехлетнего возраста, – заявила она.

Так что Элли отправлялась верхом два, а то и три раза в неделю. Грета поощряла ее выезды верхом, хотя сама тоже ничего не понимала в лошадях.

Грета обычно уезжала на машине в Маркет-Чадуэлл, за покупками.

Как-то за ланчем Грета вдруг сказала:

– Ох уж вы с вашими цыганами! Сегодня утром мне встретилась ужасного вида старуха! Стояла посреди дороги, я ее чуть не переехала. Вот так просто – встала перед машиной, и всё! Пришлось резко остановиться. А я, между прочим, ехала вверх по холму.

– Как это? Да что ей было нужно?

Элли слушала наш разговор, но не произносила ни слова. Мне тем не менее подумалось, что вид у нее был встревоженный.

– Наглая паршивка! Она посмела мне угрожать! – сказала Грета.

– Угрожать вам?! – резко спросил я.

– Ну, она велела мне убираться отсюда. Она заявила: «Тут цыганская земля! Уезжайте. Уезжайте вы все обратно, откуда приехали, если хотите быть в безопасности». И она подняла кулак и погрозила мне. И продолжала: «Если я прокляну вас, вам не будет ни счастья, ни удачи во всю вашу жизнь. Нечего покупать нашу землю и дома на ней строить. Нам не нужны дома там, где должны стоять шатры!»

Грета много чего еще наговорила. Потом Элли сказала мне, чуть нахмурившись:

– Все это звучало совершенно невероятно, тебе так не показалось, Майк?

– Я и вправду подумал, что Грета несколько преувеличивает, – ответил я.

– Это прозвучало как-то не совсем похоже на правду. Интересно, не добавила ли Грета что-нибудь в эту историю сама?

Я поразмыслил.

– А зачем ей что-то добавлять, что-то придумывать? – Потом вдруг спросил: – А ты сама, Элли, ты не видела нашу Эстер в последнее время? Например, когда выезжала верхом? Скажи-ка!

– Эту цыганку? Нет.

– Что-то я не слышу в твоем голосе уверенности, Элли, – заметил я.

– Мне кажется, я мельком видела ее среди деревьев, знаешь, так, выглядывающей из-за стволов, но всегда не настолько близко, чтобы я могла быть уверена.

Но однажды Элли вернулась из поездки верхом бледная и дрожащая.

Старуха вышла из-за деревьев. Элли осадила лошадь и остановилась – поговорить с цыганкой. Она рассказала мне, что старуха потрясала кулаком и бормотала что-то себе под нос. Элли сказала:

– На этот раз я рассердилась и заявила ей: «Что вам здесь нужно? Этот участок больше вам не принадлежит. Это наша земля, и здесь наш дом». Тогда старуха сказала: «Ей никогда не быть вашей землей, она никогда не будет вам принадлежать. Я предупредила вас один раз и предупреждаю второй. Я не стану предупреждать вас в третий. Уже недолго осталось – могу вам это сказать. Я вижу Смерть. Смерть стоит за твоей спиной, за левым плечом, и Смерть тебя возьмет. А лошадь, на которой ты скачешь, – у нее одна бабка белая. Ты что, не знаешь, что скакать на лошади с одной белой ногой сулит беду?! Смерть я вижу, и великолепный дом, что вы тут построили, падет в руинах!»

– Этому надо положить конец! – сердито воскликнул я.

На этот раз Элли не смеялась. Они обе – и она, и Грета – выглядели встревоженными. Я сразу же отправился вниз, в деревню. Первым делом я подошел к коттеджу миссис Ли. Я колебался, но там не было света, и я прошел дальше, в полицейский участок. Я знал сержанта – начальника полиции. Сержант Кин был солидный, вдумчивый человек. Выслушав меня, он сказал:

– Мне очень жаль, что у вас возникли такие неприятности. Она очень старая женщина и может быть очень надоедливой. Однако до сих пор у нас с нею не было никаких серьезных происшествий. Я поговорю с нею и велю ей от вас отстать.

– Будьте так любезны, – сказал я.

Он с минуту поколебался, потом проговорил:

– Мне не хотелось бы внушать вам подозрения, мистер Роджерс, но – насколько вам, возможно, известно – нет ли здесь, по соседству, кого-то, кто, в силу самых тривиальных причин, может иметь что-то против вас или вашей жены?

– Я бы счел это в высшей степени сомнительным. А что такое?

– У старой миссис Ли в последнее время полно денег, и я не знаю, откуда они у нее появляются…

– Что же вы предполагаете?

– Может так случиться, что кто-то ей платит – кто-то, кто желает выжить вас отсюда. Был один такой случай – очень много лет назад. Она взяла деньги у кого-то из нашей деревни, чтобы спугнуть отсюда соседа. Делала точно то же самое: угрозы, предостережения, обещания сглазить… Деревенские жители – народ суеверный. Вы бы очень удивились, узнав, сколько деревень в Англии имеют собственных тайных ведьм и, так сказать, колдунов. Она получила предупреждение и с тех пор больше не пыталась заниматься этим. Но могло случиться, что она опять взялась за старое. Очень уж деньги любит. Люди многое готовы сделать за деньги.

Но я не принял его идею. Я сообщил Кину, что мы здесь абсолютно чужие.

– У нас просто не было времени завести врагов, – объяснил я.

Я пошел назад, к дому, встревоженный и озадаченный. Повернув за угол террасы, я услышал тихие звуки гитары Элли, и в тот же момент высокая темная фигура, стоявшая у стеклянной двери, двинулась мне навстречу. На миг я решил, что это – цыганка, потом успокоился, узнав Сантоникса.